Самозванка в академии

– Но мы ведь все и так прекрасно знаем, кто это будет, – опять встрял рыжеволосый умник с первой парты. Трудно было не догадаться, кого он имеет ввиду.

– Могу лишь сказать вам, адепт Монтагью, что после подобного высказывания, я практически уверен в кандидатуре на вылет, – больше профессора Занвира не отвлекали и он продолжал спокойно рассказывать план на будущий семестр, внутренний распорядок академии и перечислять предметы, которые ожидают группу в этом полугодии.

Немногие студенты последовали совету своего куратора и отправились за учебниками в библиотеку, но зато, возвращаясь обратно, Аббигейль застала всю свою группу в гостиной на жилом этаже за бурными обсуждениями.

– Не просидим же мы первый вечер в комнатах как книжные черви! – подбивал одногруппников Бевис на какую-то авантюру. – Эй, Донован, пойдешь с нами?

– Еще чего не хватало! – перебили Барни, не дав ему и договорить, а уж Абби и рта раскрыть не успела.

– Да после нашего свинопаса все девочки разбегутся! – выкрикнул кто-то.

Аббигейль уже порядком поднадоели эти оскорбления и откровенное свинство по отношению к ней, поэтому она не выдержала и сказала:

– Да уж, куда мне до таких развлечений! Простые свинопасы по борделям не ходят, горничных по углам не зажимают, зная, что те не посмеют отказать. Бедным парням приходится действовать по старинке: добиваться взаимных чувств. Хотя какое вы о них имеете представление? – ее горячее высказывание на молодых лордов не возымело никакого эффекта.

– На кой черт мне эта головная боль со взаимной любовью? Благо, у Его Сиятельства кошелек с монетами еще не прохудился, – был его ответ.

– Эй, Донован, а тебя часом твоя миледи не зажимала? – и снова хохот.

Аббигейль нахмурилась и отвернулась от веселой компании, которые кривляясь и жеманничая проходили мимо нее на выход. Барни выходил одним из последних, и ненадолго задержался рядом с ней.

– Донован, старина, – вдруг тихо обратился он к ней.

Он слегка кивнул Абби и, дождавшись ответного жеста, вышел прочь за остальными. Лишь Алекс Кингсли остался в гостиной. Он опирался на стол и буравил взглядом Аббигейль, в усмешке подняв одну бровь. От напряжения она переступила с ноги на ногу, ожидая какой-либо колкости или сарказма от Его Светлости.