Шильонский узник

Я всех сокровищ драгоценных,

У Истакара сокровенных

В пещерах глубоко в земле,

За кудри не возьму младые,

Небрежно в кольца завитые

На девственном твоем челе.

Как страшно тучи надо мною

Сегодня грянули грозою…

Мне смел сказать родитель твой,

Что вял и робок я душой,

Что будто я рожден рабой…

Теперь узнает он, надменный,

Кто сын рабы его презренной!..

Увидит он, таков ли я,

Чтоб мог он устрашить меня!

И по тебе, быть может, снова

Я назову его отцом.

Но о сердечном, о святом

Обете нашем ты ни слова.

Известен мне коварный бей…

Он смел искать руки твоей!

Его чины, его именья, —

Плоды неправды, ухищренья.

Он с Негропонтских берегов,

Не лучше родом он жидов.

Но знай, судьба не так сурова,

Лишь тайной клятвы не открой,

А спор ему иметь со мной!

Уж месть на черный день готова —

Есть и кинжалы, и друзья…

И ты не ведаешь, кто я».

XIII

«Кто ты? О! Что ж ты изменился?

Давно ль румяная заря

Веселым видела тебя,

И вдруг тоскою омрачился;

Ты знал, нельзя любви моей

Ни охладеть, ни быть живей;

Дышу надеждою одною

Твой взгляд, улыбку, речь ловить,

Тобою сердце веселить,

И жить, и умереть с тобою.

И, может быть, ночную тень

За то одно я ненавижу, —

Что лишь когда сияет день,

Селима я свободно вижу;

Целуй меня, целуй, целуй

В уста, и в очи, и в ланиты!

Но, ах! Он жжет – твой поцелуй,

Пылает в нем огонь сокрытый;

Уж и меня объемлет страх,

Я вся дрожу и пламенею, —

И стелется туман в очах, —

И чувствую, что я краснею.

Хочу я нежностью живой

Лелеять милого покой,

С ним разделять и жизнь, и сладость,

И бедность весело сносить!..

С тобой во всем найду я радость,

Лишь бы тебя не пережить…

О, нет, нельзя желать Селиму

Еще нежнее быть любиму.

Любить нежней могу ли я!

Но ты и взором, и речами

Наводишь ужас на меня!

Что за кинжалы, за друзья?

Какая тайна между нами?

И клятву наших двух сердец

Хотя б узнал Яфар угрюмый,

Уж над моей сердечной думой

Не властен грозный мой отец.

Но верь, Селим, моей надежде —

Не приневолит он меня!

Могу ль я не любить тебя,

Тебя, кого любила прежде?

С тобою вместе детских дней

Часы веселые летели,

С тобой играла в колыбели, —

Ты спутник младости моей.