Тузуклейская мозаика. Наш край астраханский

Что он мог дать, какой мир показать богатой невесте, которую деньги и выгодный брак могли поднять на вершину жизни? Истинно говорят: богатый от слова «бог», бедный от слова «беда». Достоверно известно, что сказал Василий Федотович после беседы с претендентом на сердце его дочери: «Бедность не порок, была бы голова на плечах и сноровка». Сильный шаг с его стороны: не побоялся косых взглядов друзей и торговых компаньонов, не посчитал упущенных барышей от выгодного замужества дочери, он, по сути, пошёл на поводу старшенькой.

В то время любовные терзания прекрасной половины человечества никого не трогали – читайте классическую литературу на эту тему. Право напрасно – самые крепкие и умные дети рождаются в браках по любви.

Далее судьба Гаврилы Яковлевича круто поменялась. Свадьба молодых состоялась в селе Старый Тузуклей в 1910 году, подробности торжества неизвестны. Знаем лишь, что Василий Федотович благословлял молодых иконой Николая Угодника, которая и по сей день висит у меня в красном углу и строго взирает на нынешних домочадцев.

Первые полгода молодожёны жили в селе Черепаха у родителей невесты, а затем переехали в Старый Тузуклей. За эти полгода Мочалкин построил там дом, даже наличники привёз издалека. Дом был огромен – достаточно сказать, что, чтобы помыть окна на улице, надо было использовать длинные морские шесты, иначе никак. Дом имел парадную для встреч гостей, большую территорию под сад и огород. По образу и подобию, значит, черепахинского дома. Приданое было богатым: кроме дома, дорогая импортная мебель вишнёвого цвета, швейная машинка «Зингер», разнообразная посуда фарфоровая, серебряные и золотые (!) столовые приборы, племенные корова и лошадь, лодка морского исполнения с парусом.

Из городского питомника были завезены уже взрослые сортовые плодовые деревья

с проверенной родословной и посажены в глубокие лунки. Прижились все. Живи и радуйся, племя младое!

Забегая вперёд, а делать это придётся постоянно, чтобы связать повествование в единое целое, отмечу, что простоял дом до 1942 года, когда на семейном совете было принято решение отделить жену, а теперь вдову Алексея Гавриловича, внука Василия Федотовича, Анну с сыном Александром («Боярином», как звали его за глаза впоследствии односельчане за изысканный стиль в одежде и работе).

Красавец-дом наполовину разобрали: из большей части сделали дом Анне, а другая осталась в ведении Савельевых.

Теперь кратко о судьбах детей Гаврилы Яковлевича и Ефросиньи Васильевны.