Жила-была девочка – 3. Репетиция взрослой жизни. Начало 21-го века

Забиваюсь в уголок, прилипаю лбом к стеклу. Дорога из центра до моего района занимает пятнадцать минут. У меня есть еще целых пятнадцать минут «небеременной жизни», я пытаюсь насладиться ими, понимая, что через эти пятнадцать минут жизнь моя разделится на «до» и «после». Мысль о том, что я могу быть беременной уже перестаёт казаться такой нереальной. За стеклом счастливые люди, все куда-то бегут, несут свои сумки с продуктами, болтают друг с другом о пустяках. Я теперь, наверное, долго не смогу так себя вести. Что я буду делать, если мои опасения подтвердятся? Как я буду вставать, ходить в универ? Как я буду общаться с подругами? Как я вообще смогу что-то делать? Моя жизнь на этом закончится.

Да ну, нет же! Это всё череда нелепых совпадений! Я в последний раз пытаюсь себя переубедить, и снова чувствую злосчастный холодок в груди. Нет! Всё не спроста. Как бы я себе не врала: мне это всё не кажется.

Две… две полоски. Ошибки быть не может. Смотрю на себя в зеркало – лицо бледное, но в этот раз хоть не зелёное.

Выхожу из ванной как зомби:

– Мам…

Мама идёт мне навстречу из своей комнаты как ни в чём ни бывало, как выходила все двадцать лет.

– Ставь чайник. Он остыл уже.

Я ставлю чайник на плиту.

– Мам, мне надо с тобой поговорить, – почему-то на ум приходит именно эта стандартная, киношная фраза.

– Ну давай поговорим, – улыбается мама пока мы идём из кухни в мою комнату. Сейчас она точно перестанет улыбаться. Отчим смотрит телевизор в зале на полную громкость, как обычно; гудит плита, слышна дрель у соседей.

Закрывается моя дверь, все звуки приглушаются.

– Я беременна.

С маминого лица медленно сошла улыбка, но она не разозлилась, не испугалась. Она села в кресло. Её лицо не выражало ничего. Я следила за её лицом. Сотни раз я читала про такие моменты, про то, как девочки-малолетки говорили родителям о беременности. Матери журнальных девочек, как правило, кричали, ругались, выгоняли из дома, … Моя мама просто села в кресло…

– О, господи, – просто сказала она.

Мы помолчали.

– Это точно?

– Не знаю… Два теста показали две полоски.

– И что ты собираешься делать?

– Не знаю… рожать.

Мы снова помолчали. С кухни донёсся свисток.

– У тебя там чайник кипит, – сказала мама, – Иди, пей чай.

И я пошла выключать чайник, налила заварку, насыпала сахар… Я делала привычные будничные вещи, которые делала всегда. Но я была уже другая. Моя жизнь перевернулась и разделилась на «до» и «после». Предчувствия меня не обманули.