Солнечное перо

«Интересно, – подумала Антия, – у него сейчас так же ноет в груди, как у меня?» Он попытался подняться; Антия поддержала его, и когда ледяные складки плаща скользнули по ее пальцам, ей вдруг стало очень легко. Ее будто бы отпустило, и на смену вязкой покорности зайца перед хищником пришла свобода – воздушная, искрящаяся, словно южное шипучее в хрустальном бокале.

Они справятся. Что бы ни случилось в Ашх-Анорне, они сумеют все изменить.

– Как ты сюда попал? – спросила Антия. Ардион устало провел ладонями по лицу, словно пытался стереть остатки пыльного сна.

– Отец замуровал меня здесь до скончания времен, – ответил он. – Я не оправдал его высокого доверия. – Ардион обернулся к своей неожиданной спасительнице, смерил ее оценивающим веселым взглядом, в котором больше не было подавляющей властности, и добавил: – Судя по тому, что ты здесь, а я проснулся, конец света уже наступил.

Она коротко рассказала ему о том, что вчера случилось в ее мире. Ардион слушал, хмурился, а когда рассказ подошел к концу, расстегнул серебряную фибулу, которая удерживала плащ у горла, и набросил его на плечи Антии.

– Там не слишком-то тепло, полагаю, – произнес Ардион. – Ладно, пойдем посмотрим, что случилось снаружи, раз уж ты здесь.

Он спрыгнул с постамента и быстрым упругим шагом двинулся к одной из стен – Антия невольно подумала, что он соскучился по делам, и напомнила себе, что не стоит обольщаться. Тот Ардион, которого она успела узнать, всегда был жесток и безжалостен, и было бы слишком наивно предполагать, что он успел измениться, проведя два года погребенным заживо.

Когда они приблизились к стене, Антия увидела снег – ровную белую гладь, похожую на нетронутый лист бумаги. Ардион дотронулся до прозрачной стены, и от его пальцев стал разливаться тихий синий свет.

– Встань у меня за спиной, – дружелюбно посоветовал он. – Чтобы не задело.

Он попробовал оживить то золото, которое наполняло его душу – выпустить, развеять мрак, расколоть пирамиду и освободиться.

Антия послушно встала там, где было велено. Ардион подумал, что когда-то она была упрямой девчонкой.

На губах все еще чувствовалась яблочная нотка ее поцелуя. Ардион усмехнулся: смелая девочка. Не каждая осмелится поцеловать мертвеца даже ради великой цели.

А она вот осмелилась. Она всегда была такой – ничего не боялась и шла вперед.

Золотой туман заструился вокруг пальцев и иссяк.