Камея Дианы. Повесть

Он всегда чувствовал то, к чему стремился, но забывал в вытесненной событиями внутренней жизни, и вечерами докапывался до озарений в своем дневнике. Что это за движение пластов души, когда над плато внешних нагромождений вдруг мелькнет свет озарения, и снова исчезает?

Странно, как быстро появляются и исчезают волны пассионарности у насельников моей страны. Бывали времена, когда от страха за самое дорогое – жизнь все внутри затаивалось, боясь ночного шума «черных воронков» за тревожной тьмой окна, и спастись можно было только прячась в глубинке, или оговорами и доносами на ближнего.

И вдруг – опадали страхи, энергия людей освобождалась из состояний аскетизма и сдержанности души, и наступала оттепель, и буйно перла из-под асфальта ликующая зелень.

А теперь снова идет накат старых, никуда не ушедших страхов, и люди думают только о полном холодильнике, и смотрят по ящику безопасные развлекательные сериалы, так, что нельзя оторваться.

Что это за подземный затухающий гул истории? Почему людям так уютно сидеть в духовном бездорожье и грязи, опасаясь, что бездушные силы Системы могут притянуть к ответу?

Это не естественное желание прямоидущего человека в энтропии вселенной снова вернуться в первоначальное состояние – пасть на четвереньки, как думал мечтающий о честности в закрывшем все ритуале лжи писатель тоталитарной эпохи, скрываясь в сокровенных дневниках.

У человека нет желания расслабиться, опускаясь на четвереньки. У него постоянная забота о себе, ужас от мысли о насильственной смерти – быть съеденным. Опускание на четвереньки помогает затаиться.

3

День Главы государства был таким плотным, что у него не было личного времени. Он был в стремительном потоке, в котором приходилось напрягаться, чтобы удерживаться на плаву. Но он был защищен от бурунов многослойной защитой – кольцом передвижных пусковых ракетных установок на границах, правда ржавых, оставшихся после дележа с Большим соседом, и цепями национальных гвардейцев, стерегущих его думы о народе от напора националистов и «пятой колонны» внутри страны.

Сухой желчный Глава, когда-то не желавший сакрализации своей должности, но насильно возведенный в ранг короля архаическим подсознанием людей, был объят тревогой.

Он не любил свою работу, она связана с постоянным изнурительным напряжением, иссушаюшим душу. Может быть, это не его? Конечно, были и замечательные стороны, когда догадки озаряли его сознание, и он заражал всех, убежденный в истине.