Доброе утро, Царь!

Им было неинтересно и они были неинтересны – усталые вьючные животные.

А Таша…

Позабыв о запрете, Иарра отбросила покрывало и перевернулась на спину. Те, кто напал на нее сегодня, были бездомными, грубыми пьяными ничтожествами, вышедшими, как и предсказал дед, из повиновения. Девушка была трезвой, она проявила сочувствие и она, скорее всего, рисковала – рисковала собой ради спасения незнакомки из высшего сословия, защищать которую не было никаких причин.

Это поступок свободного человека, человека с разумом и душой.

И как прикажете это понимать?

Она в конце концов задремала и не услышала прихода мужчины. Проснулась от вопроса, заданного резким голосом прямо в дверях:

– Кто у тебя?

И услышала Ташин спокойный ответ:

– Пата. Тихо, не буди.

Мужчина постоял немного – Иарра не смела даже вдохнуть – и вернулся в кухню. Тонкие стены почти не заглушали голосов:

– Опять сбежала? Что он сделал?

– Побил. Будто ты не знаешь!

– По-твоему, нам больше нечем заняться, как обсуждать жен? Шак знает, что она здесь?

– Его не было, когда она уходила.

Она вернется утром, не бойся. Пускай спит.

Мужчина хмыкнул. Судя по голосу, он был молод и изрядно зол.

– Ладно, не до нее. Дай мне быстро поесть, Таша. И собирайся. Утром пойдешь на базар, наймешься хоть кем, хоть быков пасти, хоть шлюхе ноги мыть, лишь бы убраться из города.

– Что случилось? – спросила Таша.

Наступила тишина, прерываемая только торопливым стуком ложки о край миски.

Потом мужчина сказал:

– Ринш и трое из его шайки вызвались добровольцами. Я разрешил, этих точно не жалко. Исхфан с ними закончил, мы дали им денег и отпустили, как обычно, догулять свое. Лучше бы не отпускали! Они и так-то были уже, а тут еще выпили, накрутили себя и пошли на мост. Силу пробовать.

Таша ахнула – весьма убедительно для той, что уже знала, чем закончилось дело:

– Распробовали?

– Да нет у них еще никакой силы! Напали на проезжую девку, а та, как назло, из высших.

Не знаю, что она сделала, но Ринш мертв. И не оживет, слишком мало времени прошло. А главное, пока эти тупоголовые приходили в себя, она успела удрать.

– Поймали?

– Нет! Нырнула в воду и ищи-свищи! Мы все берега обшарили, нет ее. Если не утонула… Плохо, Таша. Добро бы поймали, исчезла и исчезла, на нас бы и думать никто не стал – мало ли что бывает. А так, если она доберется до своих… Таша, убирайся из города. Сегодня же.