Голос Незримого. Том 2

В семейных блекнувших архивах

Хранился роковой их герб:

На синем поле в желтых свивах

Скрещалися копье и серп.

II

И дед один, боец блестящий

Очакова и Измаила,

Покинул Двор, его клеймящий

За связь с донской казачкой милой.

Другой же дед, герой суровый

Бородина, Аустерлица,

В отставку вышел, чтоб жениться

На девушке своей дворовой.

Их имена остались громки,

Забвенью жизни предались…

О том старались все потомки,

Но вспомнил их теперь Борис.

III

Он унаследовал от дедов

Их золотисто-рыжий волос,

Нрав воинов и непоседов,

Высокий ум и низкий голос.

Легко он кончил курс лицейский,

Прекрасно – университетский,

Но скоро бросил круг свой светский

И рано – важный чин судейский.

Любил он женщин… Но, как деву,

Одну свободу он любил!

За вольный Лондон и Женеву

Россию смирную забыл.

IV

И вот она – в окне! У двери!

Еще чудесней и нежданней:

Не грубых лишь полна поверий,

Не жутких горевых преданий,

А полная глубинной верой,

Невидным делом, скрытым смыслом,

То со свечой, то с коромыслом,

То с книгою, то с яблок мерой…

Ах, эти косы русой пряжи,

Что до полу, струясь, висят!

И стан невиданно-лебяжий,

И несказанно-синий взгляд!

V

Сияла северная полночь,

Глубокая и голубая.

По небу плавал месяц полный,

Черпак молочный проливая…

Лежала тень черно и четко,

Дрожала тишь мертво и звонко,

Лишь легкий храп вздыхал за тонкой

Филенчатой перегородкой.

Там спали: на больших дощатых

Кроватях в пологах цветных

И на лежанках изращатых,

В перинах, думках пуховых.

VI

Борис не спал. Из дряхлых кресел,

Из маленьких и душных комнат

Глядел в студеный сад… И грезил

О тех, что ждут его и помнят.

Он получил письмо от Леи

И быть сейчас хотел бы с тою,

Кого считал своей женою,

С кем жил, одну мечту лелея.

Он вспомнил тонкий нос с горбинкой,

Кудрявый мрак волос ее, —

И только.

Весь лик заткало забытье…

VII

Зато пришли на память ныне

Крестьянка та и та казачка —

Две сарафанницы-княгини…

Он грезил… Вдруг былой заплачкой,

Старинной песней причитальной

Заслышалось среди молчанья

Глухое девичье рыданье

Из горницы хозяйской дальней!

Тогда, по переходцам крытым,

По лестничкам то вверх, то вниз,

По клетям, рухлядью набитым,

Пошел на голос тот Борис.