Столб словесного огня. Стихотворения и поэмы. Сборники стихотворений. Том 1

Вот коснулися

Пальцы коврика,

Вот оперлися,

И поднялося

Тело тощее.

Ноги жалкие

Дон-Кихотовы,

Чуть дрожащие

И неверные,

Вот шагнули уж

По кирпичикам

Холоднешеньким

До окошечка.

Пальцы белые,

Тонким-тонкие,

Протянулися,

И окошечко

Распахнулося.

Вешним воздухом

Вдруг повеяло,

С ароматами

Роз пурпуровых,

Белых гроздочек

На акациях.

Кудри снежные,

Волнам сродные,

Растеребились,

Очи смутные

Засветилися,

Богу вызов шлют,

Богу синему.

– Отзовись, Отец,

Хаос творческий,

Пожалей меня,

Сына Блудного,

Что давно уже

В дом отцовский свой,

Плача, просится.

Вышли слуг своих

За ягненочком,

За бочоночком

Вина красного

Да за истиной

Первозданною,

Скрытой в Вечности!

Полно атомом

Быть мне гаснущим,

Инфузорией

Моря мертвого,

Сквозь прогнившего,

Полно ноги мне

Эти белые

Волочить в грязи

Без желания!

Отражения

Всё прекрасно в отраженьи,

В моря голубом зыбленьи,

Как тяжелая паранца

С красным парусом для танца,

Как пурпурный этот бакан,

Что со всех сторон закакан

Чайками гнилого порта,

Что сожрали б даже черта.

Как они легки и зыбки,

Как они свежо стеклянны,

Как исчезли все изъяны,

Тяжесть всякая земная,

Словно это формы рая.

Посмотри, я сам за бортом

Становлюся натюрмортом:

Лик мой оживился старый,

В мертвых глазках моря чары,

Щеки, лоб – всё майолика.

Как вокруг Христова лика,

Золотистое сиянье!

Фон, усыпанный алмазом,

Моря синего экстазом,

Бирюзой и изумрудом,

Сказочным глубинным чудом…

Все порвались будто цепи…

Крабы черные и сепий

Жадных зонтичные ноги

Стали словно моря боги,

Стали странным арабеском,

Недр преображенным блеском.

Сам я, старый, скучный, злой —

Новоявленный святой.

Всё прекрасно в отраженьи,

В моря синего зыбленьи.

Наслаждайтесь же собой,

Небылицей голубой!

На выставке

Крылья из пламени,

Лики из мрамора,

Кудри из золота,

Очи из ясписа,

Губы рубинные.

Много их, много их,

Будто бы ласточек,

Фоном чарующим

За Божьей Матерью.

Тело незримое,

Крылья да головы,

Личики детские,

Глазки горящие,

Будто беседуют

С Крошкой Божественной.

Чья это живопись?

Монако ль детского,

Иль Лоренцетьева?

Всё равно, всё равно!

Важно, что хочется

Стать на колени мне,

Как на кроваточке

С бабушкой снежною.