Столб словесного огня. Стихотворения и поэмы. Сборники стихотворений. Том 1

Туда понесется с тобою мой челн!

Осенние розы

Осенние розы в хрустальном бокале

С улыбкой невинной лепечут о том,

Что все мы проснемся… Проснемся? Едва ли:

Мы слишком поспешно и ярко цветем.

Челнок на поросшем травою причале,

Колышась задумчиво, грезит о том,

Что море безбрежно… Безбрежно? Едва ли:

Корабль бесконечность изрезал крылом.

Исчерпано всё, пережито в мгновенье,

И снова стоим мы у мрачной стены

В холодных объятьях тоски и сомненья.

В безбрежности нет подходящей страны

Для смертной души, для мятежных стремлений.

Мы все не приемлем грядущей весны!

Птицы

Вьюга злится, тучи рвутся,

Птицы бьются

Об оконце мрачной кельи,

Алой кровью снег пушистый,

Кровью чистой,

Словно розами, одели.

Бьются, стекла все разбили,

Опушили

Переплет изгнившей рамы,

Прутья ржавые решетки:

Кровь из глотки

Пролилась вокруг ручьями.

Сколько белых, теплых дланей!

В океане

Мировом светила реже.

Небо дланями покрыто,

Перевито

Голубое побережье.

Эти птицы, это грезы,

Это розы,

Это образы печали:

Из души моей безбожной

И тревожной

Эти стаи улетали.

В глубине небес далеких,

Синеоких,

О моей душе крылатой

Песни дерзкие вещали,

О печали

Этой немощи проклятой.

Сколько их убитых, белых,

Легкотелых!

Степь покрыта их телами,

Кровью их поля залиты,

Перевиты

Ветви голые крылами.

Страшно за мечты живые,

Молодые,

Страшно за весну-сестрицу:

Ей нужны, как свет, напевы,

Перепевы

Этой пасмурной темницы.

San Miniato

Над городом суровым Возрожденья,

Откуда шла волна

Глубокая весны и обновленья,

Есть древняя стена,

Надежною служившая опорой

От тысячи врагов.

За ней взвиваются ступени в гору

Меж скатертью лугов.

Кресты сосновые и кипарисы

Стоят вдоль ступеней.

Вдали холмы, как синие кулисы,

И купола церквей,

И город, озаренный, как пожаром,

Зарницей черепиц,

И колокольни, и на замке старом

Зубцы немых бойниц.

И лентой желтою ленивый Арно

Перерезает луг,

И кипарисы, сторожа попарно,

Стоят у вилл вокруг.

И много, много всюду красок, линий

И музыки во всем,

И гор кольцо и шлемы хмурых пиний…

Но в гору крут подъем

К согбенному веками бастиону,

Где белый лес крестов

Простер сухие руки к небосклону

Средь вянущих цветов.

Не лают там давно жерла орудий

И стих предсмертный крик.