Пути непроглядные

Рольван, почему ты думаешь, что обязан своим положением кому-то, кроме самого себя? Я только просил короля принять тебя в оруженосцы, остального ты добился сам. Неужели так трудно в это поверить?

– Беда в том, что тебе и не нужно ничего говорить. Все равно все думают, что любезничать со мной это лучший способ угодить тебе!

– И кто, по-твоему, об этом думает? Кому в нынешнее время недостает других забот?

Вошел Гай, тихий и незаметный, как епископская тень. Протянул Рольвану кубок с вином.

Тот благодарно кивнул и вздохнул:

– Ладно.

Наверно, ты прав, хотя мне все равно кажется наоборот. Но сегодня-то! Эрг Удерин при всех сказал, что меня выбрали по твоей просьбе. Из тех, кто старше, опытней, в конце концов, достойнее! Зачем, отец? Зачем вообще мне туда ехать?

– Я нарушил какие-то твои планы?

Епископ больше не улыбался. Еще немного, и показалось бы, что он разгневан.

– Нет, ничего такого. Все равно вскоре отправили бы на север, там опять что-то назревает. Разве что я обещал отцу Эйтин поехать с ним послезавтра – он будет объезжать того жеребца, и я думал, это подходящий момент с ним поговорить…

– Вот оно что.

Брось, Рольван. Если ты не получишь руку этой девушки сейчас, мир не рухнет. Получишь ее позже или найдешь другую, еще лучше. К чему такая спешка?

Рольван мысленно обругал себя – мог и не задевать больную тему. Но отступать было поздно.

– Мне не найти никого лучше, чем девушка из эргского рода, и в любом случае я хочу жениться на Эйтин.

И я все равно никогда не стану священником, отец. Прости.

– Позволь напомнить, это я помог тебе уйти из монастыря и поступить на службу к королю!

– Знаю, прости. Прости, что огорчил тебя!

Он казался себе грешнее грешного, стыдно было даже взглянуть епископу в лицо. Рольван опустил взгляд на дно кубка и попросил:

– Скажи, чего ты хочешь, и я все выполню.

– Успокойся, – ласково сказал епископ. Глянув искоса, Рольван понял, что он улыбается: – Ты вовсе меня не огорчил.

Я горжусь тобой, Рольван, горжусь, что могу звать тебя сыном. Именно поэтому я нарушил обещание и все-таки попросил короля о тебе.

Для меня важно, чтобы это сделал ты. Извести дрейвов, наконец-то избавить от них наш народ – это мое дело, не только потому, что я старший епископ. Это было моим делом задолго до того, как я стал священником. С тех пор как в сражении с ними я впервые принял командование вместе с мечом из рук моего умирающего отца.