Пути непроглядные

Большой стол, свечи, отражения огоньков на оловянных кубках, скамьи вокруг да незажженная лампада под резным изображением Мира – вот и вся обстановка.

Встретились ночью, не из секретности, просто раньше не было времени. Казнь, потом торжественная церемония в храме и обед, куда были приглашены многие офицеры, затянулись до позднего вечера, а дело было срочным.

Едва все разместились, поднялся Удерин – военачальник, близкий родич и правая рука короля Дэйга. Титул эрга одной из восточных областей Удерин носил с таким же небрежным изяществом, как свой подбитый горностаем алый плащ.

Но жить предпочитал при дворе, не пропускал ни одной военной кампании, а дела области оставлял на управляющих. После самого короля и епископа Кронана его слово весило больше всех в любом совете.

Голос его с усталой хрипотцой был голосом командира, кому повинуешься не раздумывая, потому что иначе не может быть.

– Доброго вечера всем нам. Король собирался сам провести эту встречу, но скорбь его оказалась слишком велика.

С большим трудом мы убедили его отправиться спать… – Удерин выдержал печальную паузу и улыбнулся: – Напоили допьяна, попросту говоря. Тяжелый выдался день.

– Это точно, – раздался голос с другой стороны стола. Лицо говорившего терялось в полумраке. – Дурной день.

– Завтрашний принесет новые заботы, и пора вам о них узнать. Но помните, что подробности, которые я вам открою, не должны обсуждаться за пределами этих стен. Супруга нашего короля уличена в колдовстве и служении языческим богам – одного этого достаточно, чтобы смутить народ.

Будь возможным, это стоило бы скрыть. Подлинное положение дел намного хуже.

Удерин сделал печальную паузу, и один из старых командиров не выдержал:

– Не тяни, эрг! Выкладывай.

– Выкладываю, – согласился тот. – Речь о заговоре, который удалось раскрыть только чудом. Королева была не просто отступницей. Она исполняла волю дрейвов. Дрейвы вернулись, друзья мои.

Дрейвы.

Это слово отдалось в ушах змеиным шипением.

Стало тихо. Кто-то негромко выругался. В камине с треском переломилось полено. Удерин молчал, наблюдая, какое впечатление произвели его слова.

– Но… разве их не перебили всех давным-давно? – неуверенно спросил Эвин, молодой, немногим старше Рольвана, мускулистый и заросший бурыми волосами так, что с трудом можно было разглядеть лицо.

– Последнюю их школу разгромили тридцать лет назад. С тех пор мы считали, что их больше нет. До недавних пор.