Тайный коридор

На следующий день у них появился новый сотрапезник – высокий человек с черной ассирийской бородой.

– Семен Кубанский, режиссер! – представился он. – Прибыл на выбор натуры. С кем имею честь?

Ребята представились. Кубанский оживился, когда узнал, что Звонарев – прозаик.

– А я ведь, если честно, здесь поселился, втайне надеясь завербовать какого-нибудь прозаика или драматурга в соавторы сценария. Есть отличная идея фильма, но нет приличного сценария. Вгиковские сценаристы – дерьмо. Пытался с ними работать, понял – бесполезно.

Все детальками пробавляются! Думают, насобирают десятка два деталек, и получится, как у Тонино Гуэрры. А Тонино Гуэрра творческий человек, каждая деталь у него работает на основную идею. – Словоохотливый режиссер так увлекся, что забыл про манную кашу. – Хотел привлечь кого-нибудь из маститых, да они все при деле. Тогда написал сам сценарий, его даже утвердили – здесь, на Ялтинской киностудии, но чувствую – не то! Предполагается психологический детектив с широкими историческими и философскими обобщениями, а я не владею фабулой, искусством сюжетных поворотов. Тут прозаик нужен. Вот вы – какую прозу пишете?

Звонарев пожал плечами.

– Стараюсь – острую.

– Вам повезло! – воскликнул экспансивный Лупанарэ. – Алеха – именно тот, кто вам нужен. У него есть рассказы из жизни ночной Москвы – там такие детективные повороты!

– Правда? – Кубанский схватил Алексея за рукав. – А у вас есть при себе эти рассказы?

– Кое-что есть.

– Не откажете в любезности дать почитать? Поверьте, я не из праздности спрашиваю. Затевается серьезное дело. Если я увижу, что это то, что нужно, у вас появится возможность стать самым молодым сценаристом Советского Союза. Задача не из легких, но и работать придется не с чистого листа: ведь болванка сценария уже есть.

– Алеха, соглашайся, бабки будешь грести лопатой! – радовался непосредственный Лупанарэ. Была у него такая симпатичная черта – умение радоваться за друзей.

– Лопатой – это в Голливуде, – тонко улыбнулся Кубанский. – У нас – лопаточкой. Но на жизнь хватит, если все сладится. А историческую прозу вы, случайно, не пишете?

– Случайно – нет. И не случайно тоже.

– Жаль. Ну да ладно. Не это главное. Главное – владеть фактурой.

Кубанский без интереса поковырял принесенную ему яичницу, осторожно отведал жидкого кофе с молоком и отставил стакан в сторону, тщательно вытер салфеткой бороду.