Москаль

Современная распутница спит со всеми, а в мужья старается приобресть миллионера, рожая ему ребенка, выделяя его этим фактом из числа прочих своих кобелей. По сути, та же схема, что и в пещерные времена. Простая физическая сила, или ее превращенный вариант – финансовая сила, без метафизической власти, которая есть у женщины, ничто. Мужчина загоняет женщину в крепость семьи, но она начинает управлять крепостью. Почему жены не боятся профессиональных проституток, а боятся секретарш? Проститутка заберет только гонорар, а блядь может забрать мужа.

Елагин положил страшный журнал на стол и спросил через силу, просто потому, что ему стало казаться – главный редактор не остановится никогда.

– Так что же делать, Митя?

Главный редактор никак не отреагировал на фамильярность.

– Спасение в семье. Сильная семья – явный инструмент именно патриархата и спасение для обеих полов человечества. Последний оплот отцовского мира – это буржуазная мораль. Знаешь, почему капиталисту важно, чтобы его невеста была девственницей, то есть гарантированной не распутницей?

– Не думал над этим.

– Ребе-енок. Да потому что ему важно знать, что его первенец родится именно от него. Девственность – пломба на сосуде для производства потомства. То есть капитал наследует именно его кровь. Капитал приобретал временное измерение. А сексуальная революция – это была сильнейшая вспышка матриархальной, очень нахальной силы. Короче говоря, бунт распутства в самой откровенной, пещерной форме.

Скажем, госпожа де Помпадур проповедовала тихий, скрытный матриархат. Французы вообще в этом отношении умнее всех. Они вознесли женщин на такой высокий пьедестал, чтобы те не могли с него слезть.

Как грамотно и интересно заговаривает зубы, ему бы в стоматологи, думал майор.

– Но полигамность, я читал, вроде как мужское свойство…

– Конечно, но это не мужское распутство, как визжат феминистки, а расширенное отцовство. Потому что все дети, рожденные от многих женщин, будут иметь отца.

То есть вырастут в семье, понятно? Да хоть в гареме. При этом, сколько бы детей не родила шлюха, ее семья останется безотцовной, то есть уродливой, все ее дети будут сироты. Ладно, надоело мне, садись. Ты, конечно, хочешь спросить, кто эти красивые загадочные лысачи вышли сейчас от меня и небось уже ревнуешь, видя, что я хожу вроде как на сторону.

Майор решил промолчать.

– Я тебе сейчас все расскажу.