Святые грешники

Приветливо поздоровался:

– Здравствуйте, Александр Алексеевич! Ваши внизу, в соседнем зале.

«Ваши» – это комитет по организации Дня российского предпринимательства.

Дубравин проходит пару залов. Во внутренних помещениях, конечно, уже не было возможности восстановить все, как было до революции. Но видно, что реставраторы старались – собрали здесь старинные предметы, мебель, гравюры. Конечно, это не жилая усадьба. Это дом приемов. Но живой дом. Дышащий, теплый.

Как ни странно, в комнате, где они обычно собираются, еще никого нет.

И Дубравин, пока народ где-то прохлаждается, принимается разглядывать развешенные на стенах портреты тех, кто когда-то жил в этих краях, участвовал в великих войнах, любил, страдал и боролся. Кроме портретов на стене висит гравюра с генеалогическим древом местных дворян. Дубравин с интересом рассматривает густые ветви, от каждой из которых идет по пять-шесть побегов.

Рассмотрев гравюру, он заглядывает в соседнюю комнату, которая, по-видимому, кода-то была то ли гладильной, то ли буфетной.

Здесь лежат и стоят немногочисленные, но характерные предметы быта того времени: утюги, кастрюли, поварешки, посуда, комоды.

Пока он любуется причудливым кокошником хозяйки этого царства, в соседней комнате раздаются оживленные голоса. Собрались на заседание члены комитета по празднованию Дня российского предпринимательства. Возглавляет их молодая миловидная женщина – владелица аптечной сети и многодетная мать.

«Нынешние женщины более активны в общественных делах, чем мужчины.

Раньше сидели себе, занимались своим маленьким бизнесом, рожали детей. А тут вот взялись и хотят играть ведущую роль. Одно слово – феномен века», – размышляет Дубравин.

Дело идет быстро. Мужское жюри согласно кивает на все предложения председателя, видимо, действуя по принципу «чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало».

Эта мысль как бы защищает достоинство мужчин, великодушно дающих дамам возможность участвовать в делах. Заседание напоминает Дубравину школу, где девочки более успешны, активны, лучше учатся, но в конце концов остаются в жизни на вторых ролях.

Рядом в зале слышны новые голоса. По зеленым дорожкам парка, мимо цветочных клумб и декоративных растений, сходятся в просторный холл особняка разные люди. В массе своей хорошо одетые – в дорогие и строгие костюмы. Но без галстуков. Таков устав общества – приходить сюда, в клуб, без этого аксессуара.

Слышны чьи-то восклицания. Видны рукопожатия. Иногда объятия.