Хижина дяди Тома

Что бы это значило? Я сейчас отворю дверь.

Дверь быстро открылась и свет сальной свечи, которую Том поспешил зажечь, упал на взволнованное лицо и мрачные, Шумные глаза беглянки.

– Господь с тобой, Лиззи! На тебя страшно глядеть! Ты заболела или что-нибудь случилось?

– Я хочу бежать, дядя Том, тетушка Хлоя, хочу унести своего ребенка. Господин продал его.

– Продал его! – повторили оба, в ужасе всплеснув руками.

– Да, продал, – сказала Элиза более твердым голосом. Я сегодня вечером пробралась в чулан подле комнаты миссис и я слышала, как господин говорил ей, что он продал моего Гарри и тебя также, дядя Том, одному торговцу, что он уедет верхом завтра рано утром, а торговец возьмет вас обоих.

Пока она говорила, Том стоял с поднятыми руками и широко раскрытыми глазами; ему казалось, что всё это сон. Когда, наконец, значение её слов постепенно выяснилось для него, он не сел, а упал на свой старый стул и опустил голову до самых колен.

– Боже милосердый! Сжалься над нами! – вскричала тетушка Хлоя.

 – Неужели это правда! Что же он такое сделал, за что господин продал его?

– Он ничего не сделал, это не оттого. Господин и сам не хотел продавать, а миссис, – сами знаете, какая она добрая, – я слышала, что она просила и за вас, и за нас, а он сказал, что ничего нельзя сделать, что он в долгу у этого торговца, что тот держит его в своих руках, и что, если он не рассчитается с ним, ему придется продать всё имение и всех людей и уехать отсюда.

Да, я слышала, как он говорил, что другого исхода нет, надо продать или этих двух, или всех, так прижимает его этот торговец. Господин говорил, что ему очень грустно, а миссис, ах, как жаль, что вы ее не слыхали! Вот уже можно сказать настоящая христианка, настоящий ангел Божий. Я дурно делаю, что ухожу от неё. Но я не могу. Она сама говорила, что человеческая душа дороже всего на свете; а ведь у моего мальчика есть душа, и если я дам увезти его, кто знает, что с нею будет. Мне кажется, я поступаю. как следует, а если и нет, прости меня, Господи, но иначе я не могу!

– Послушай, старик – сказала тетушка Хлоя, – отчего бы и тебе не уйти? Неужели ты хочешь дождаться, чтобы тебя продали на юг, где негров морят тяжелой работой и голодом? Я бы скорее умерла, чем идти туда. Иди вместе с Лиззи, ты еще успеешь, у тебя ведь есть пропускной билет, тебе можно ездить, куда угодно. Ну, пошевеливайся, я сейчас соберу твои вещи.