Проклятый

Жена трактирщика с усталым видом качала колыбель, рядом возилась на полу девочка лет двух от роду, в одной короткой рубашонке.

Тьма стояла за спиной, и Кар не дал себе времени на раздумья. Прыжком очутившись возле девочки, поднял ее одной рукой, прижимая к себе, другой поднес к ее горлу кинжал. Девочка пискнула и затихла, осторожно дыша. Женщина вскрикнула.

– Не смей кричать. – Собственный голос показался Кару чужим. – Если хочешь получить ее живой, позови своего мужа. И ни слова, ни знака никому, или я убью ее!

Женщина закивала изо всех сил.

Лицо ее стало совершенно белым. Оглядываясь, она выскочила за дверь. Младенец разорался еще громче, девочка заплакала. Ее тельце было маленьким и теплым, Кар чувствовал, как оно трясется от слез.

Карий, молочный брат принца Эриана, закричал от стыда и ужаса, но тьма насмешливо дышала в затылок, и крик замер внутри. Колдун, проклятое отродье, встряхнул плачущего ребенка.

– Тише! – приказал он.

В комнату ворвался бледный как смерть трактирщик. В руках он сжимал огромный топор.

– Не подходи! – Кар убедительно шевельнул рукой с кинжалом.

Трактирщик, не выпуская топора, повалился на колени.

– Ваша милость, не губите!

Женщина молча рухнула на колени у двери. Ее широко раскрытые глаза не отрывались от плачущей дочери.

– Ты говорил обо мне кому-нибудь? – спросил Кар.

– Нет, ваша милость! Богом клянусь!

– Хорошо. – Кар оглянулся на окно. – Мне нужен плащ, сапоги для верховой езды и лошадь. Мою оставь себе, она слишком приметна.

Выведи меня через черный ход…

– Все сделаю, ваша милость, только не губите! – Трактирщик всхлипнул. – Прикажете идти?

– Иди… Нет, постой!

Этого мало – понял Кар. Если он хочет спастись…

– Седлай трех лошадей, – сказал он трактирщику. – Вы поедете со мной. Поможешь выбраться из города, и тогда я отдам ребенка. Если дашь кому-то знак или за нами будет погоня, девочка умрет.

– Сжальтесь, ваша милость! У ворот будут солдаты, вам не проехать!

– Ты найдешь, что сказать солдатам.

А теперь торопись, если тебе дорого твое дитя!

Трактирщик вскочил, как подброшенный.

– Шевелись, женщина! – приказал он, выбегая из комнаты.

Его жена бросилась к младенцу. Трясущимися руками принялась заворачивать его.

– Мама! – позвала девочка.

Кар поудобней перехватил ее. Привалился к стене. Будь он на месте трактирщика, вернулся бы с постояльцами, крикнул стражу. Один кинжал против целой толпы…

Но нет, отцовский страх оказался сильнее.