Врата смерти

Врата смерти

Елена Крюкова

Люди приходят из ниоткуда и уходят в никуда.Что такое жизнь и смерть? Что такое время?Героиня книги страстно любит жизнь. И помнит людей – всех, кого ей довелось проводить в Мир Иной.Именно ее сердцем, горячим и неистовым, Бог крепко сшивает на наших глазах суровую ткань бытия и небытия.В ярких рельефах, подобных живописи ушедших веков, перед нами предстают картины жизни – с мощью красок и звуков, радугой событий, контрастами горя и счастья, песней любви над ненавистью всех войн… Книга содержит нецензурную брань.

Врата смерти

Елена Крюкова

Дизайнер обложки Владимир Фуфачев

© Елена Крюкова, 2019

© Владимир Фуфачев, дизайн обложки, 2019

ISBN 978-5-0050-9823-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ВРАТА СМЕРТИ

Памяти великого Джакомо Манцу

Врата Смерти медленно открываются здесь и сейчас

Рельеф первый. Каин и Авель

Меня не было при нем, когда его убивали.

И когда его топили в Волге – тоже не было. Меня не было при его смерти, и не должно было быть; не при всякой смерти пребывает человек, и часто ему не дано видеть даже смерть ближнего своего; а тут – кто он был мне такой?

Кто всякий человек друг другу на земле? Нас слишком много, чтобы мы оплакивали друг друга, каждый пекся о каждом. Его убили, и я стала так остро чувствовать смерть, что заглянула в ее бездонный колодец слишком глубоко, слишком пристально. И вся темная толща просветилась насквозь.

Я увидела камни на дне. Я увидела светящихся рыб. Я увидела светящиеся глаза и волосы людей, вчера живших, сегодня – плывущих во тьме без конца и без краю.

Его убили, и мир перевернулся. Мир упал, как падает раненный насмерть. На мир верхом сел убийца и душит его. Я крещусь и молюсь. Где сила молитвы? Кто такие живые люди друг другу, если Бог когда-то забрал за первородный грех у человека его бессмертие?

Я сижу во тьме, и голова моя, с моими волосами, – в сажевых прядях уже просверкивает скупыми белилами седина, – с моими плотно сжатыми в молчанье губами, с моими горящими бессонными глазами – во тьме; из тьмы куском золота выступает горящая лампа, бросающая на меня печальный золотой свет, золотеют зимние узоры на морозном стекле, золотятся мазки картин отца, вспыхивают старым золотом старые пожелтевшие фотографии за тусклыми пыльными стеклами шкафов.

Все в мире есть тьма и золото; золото и тьма.