Два голоса, или поминовение

И будет ночь холодна,

и кто-то окликнет тихо,

мне Родину голос напомнит!

Тихий в безмолвии комнат,

я в тишину скачусь

и в камень вдруг превращусь...

Молчание мне поможет,

и камень, что сверху положат,

могильный, и холод, которым дышу

так долго...

О чем я пишу?!

Палестинские пейзажи

I В горах Иудеи

Белые горы Иудеи

словно немые курганы,

тучи над ними сереют —

овцы Ливана.

Бродят верблюды, как овцы,

мирно по мертвым руинам,

к мертвым шагают колодцам

за бедуином.

Мрачный, бездомный блуждаю,

горечь разлита в эфире.

Я и лазурь неживая —

лишние в мире.

Прошлое глухо и немо,

и кипарисов сверканье —

словно в печальной поэме

знак восклицанья.

II Нагария

Вблизи Нагарии, чуть вправо

с дороги иерусалимской,

незыблем, как римское право,

стоит акведук римский,

воздвигнутый цезаря волей,

что делает люд рабами,

когда средь пожаров и воплей

рухнули стены Храма.

Укором иль похвалою,

он встал и стоит, дряхлея.

А Рим пребудет – водою

для Галилеи.

Скрываются в дальней дали

и пальмы, и арки, тая...

– Куда же ты, путник? – Развалин

величие я спасаю.

III Закат на Мёртвом море

Над Мертвым морем закаты

гибель пророчат тучам —

замкам воздушным, крылатым,

сказочным кручам.

Сожжет огнем их, расплавит —

пламень заката неистов.

Сжег он Содом кровавый,

город убийства.

Истории злым ураганом

стерты Содом и Гоморра,

и обрастают бурьяном

мертвые горы.

О, странник, не мешкай в прохладе,

во мраке небес и истории:

суд совершить тебе надо,

шаг свой ускорить!

Монте-Кассино

Край наш растоптан армадою адской,

в щепки разбиты столбы на границе...

Маршем Кресовой, маршем Карпатской —

так наступление наше вершится.

Наши границы? – ищи под ногами,

в грохоте танков, среди канонады.

Так нас учили сражаться с врагами

предки-изгнанники, предки-солдаты.

Маршем Карпатской, маршем Кресовой;

скачкою конной, движением пешим...

Враг не уйдёт от расплаты суровой —

пусть он силён и оружьем увешан.

Маршем Кресовой, маршем Карпатской,

с грохотом движутся наши машины...

Поговорим мы с врагом посолдатски

в Монте-Кассино! В Монте-Кассино!

Те, кто погибнет в прекрасной Италии,

лягут в могилы. Судьбина такая.

А остальные – двинутся далее,

наши границы передвигая.