Два голоса, или поминовение

Сентябрьское солнце

Снова в Польшу вернусь я – там груши и сливы

в сентябре будут падать с тяжелых ветвей,

но под солнцем сентябрьским не буду счастливым,

никогда не расстанусь я с болью моей.

Это солнце, висевшее над горизонтом

и дававшее благословенье врагам, —

это солнце нас било грохочущим фронтом,

посылало снаряды фашистские нам.

Не застряли их танки в иссохших болотах,

самолетов их гул не смолкал никогда.

Моточасти – быстрее нашей польской пехоты,

и пылали оставленные города.

Солнце!

Остановил его кто-то когда-то?

Почему ж над Варшавой не меркло оно?

Солнце жгло и слепило героясолдата

на пути боевом, где от дыма черно.

Помню: огненным шаром оно над Варшавой,

и над Кутно, и над Вестерплятте стоит,

и восходит кроваво, и заходит кроваво,

словно бедствий земных его радует вид.

И с тех пор вижу солнце всегда не иначе

как набухшее гневом, и сверкает оно

в дымном пламени мужества, в горестном плаче,

темной кровью отчаяния обагрено.

О сентябрь! Ты минуешь кровавою датой,

наш закон и свобода растопчут змею.

Может быть, во враге вновь откроем мы брата

и победа в одну приведет нас семью, —

но сентябрьское солнце тех дней, тех страданий,

нашей крови и славы, повитой огнем,

будет проклято в песнях, легендах, сказаньях,

поколения не позабудут о нем.

Торжище

Плачь, моя муза-красавица,

утешительница печальных!

Сердце мое разрывается

в странах чужих и дальних.

Шторм качает моё жилище

вздохом яростным, сердца грохотом,

разум шепчет: «Держись, дружище!»,

ну а сердце: «А что, что потом?»

Словно рабыня нагая,

на рынке мы все безусловно.

Истории бич стегает,

в устах замирает слово.

«Сколько?» – цедят воротилы,

история-сводня – проворна,

а все же мы – Фермопилы,

рев пушек и рокот моторный!

Мы, Винкельриды Европы,

первыми призваны к бою,

мы острия вражьих копий

остановили собою.

Воют вокруг гиены,

торг исторгает рёв, и

никто не узнает цены

наших имен и крови.

Наденут на нас вериги —

что те владыки, что эти,

а мы всё взыскуем Книги,

что учит жизни и смерти,

и замки, и рыцари в латах

из Свитязи встанут к свету,

и Колокол грянет набатом,

на всю планету,

И землю промерят шагами

полки, из мёртвых восставши...

Солдаты отчизны! Пребудет с вами

одна поэзия наша.