Фривольная поэзия

Григорьева

Теофиль Готье

К розовому платью

Люблю я розовое платье,

Тебя раздевшее легко:

И руки наги для объятья,

И грудь поднялась высоко!

Светла, как сердце розы чайной,

Прозрачна, как крыло пчелы,

Чуть розовеет ткань и тайно

Тебе поет свои хвалы.

От кожи на шелка слетели

Ряды серебряных теней,

И ткани отблески на теле

Еще свежей и розовей.

Откуда ты его достала

Похожим на тебя одну,

Смотри: оно в себе смешало

И розовость, и белизну.

То раковина ль Афродиты,

Заря, что пламенней вина,

Иль груди, что почти налиты,

Ему снесли свои тона?

Иль, может быть, те переливы

Лишь розы твоего стыда?

Нет, горделива и красива,

Ты не смутишься никогда.

Долой, докучная завеса!

И пред Кановой смело ты

Откроешь, словно та принцесса,

Сокровищницу красоты.

И эти складки – только губы

Моих желаний грозовых,

Хотящих нежно или грубо

Покрыть тебя лобзаньем их.

Перевод с французского

Н. Гумилева

Анри де Ренье

Упрек

Как! мною ты владел, – моим лицом

смущенным,

Клонившимся с мольбой,

И телом всем моим, покорным, обнаженным,

Дрожавшим пред тобой!

Дыханье уст моих ты пил устами жадно;

Ловил во мгле теней

Мой заглушенный стон; касался

беспощадной

Рукой моих грудей.

И сердца моего широкие биенья

Подслушивать ты мог;

И ропот робости; увы! – и наслажденья

Непобедимый вздох.

Да! ты владел моим бессилием покорным,

И страхом и стыдом…

Что говорю! моим бесстыдством!

ипозорным

Желаний торжеством…

Я пред тобой была безвольной, обнаженной

От бедер до лица,

И заклинала я, чтоб сумрак благосклонный

Тянулся без конца! —

И мог ты о другом беседовать с другими,

Не о моих губах!

Их речь выслушивать, смеяться вместе

сними

И думать о делах!

И мог ты снова жить, как жил, меня

незная!

И, свой восторг тая,

Не называть меня! молчать, не повторяя:

Она моя! моя!

Нет! если ты владел моей покорной страстью,

И ты, с того же дня,

Всем не кричал о том, в душе не веря счастью,

Ты не любил меня!

Перевод с французского

В.