Дневник Алёны, или Как научиться себе не врать?

Листья были довольно отвратительными на вкус. Правда, нам помогли желающие попробовать. Учительница зашла в класс – Наташка рыдает в голос, обнимая ощипанное растение; мы с Ольгой плюёмся в раковину; остальные галдят, делясь впечатлениями.

Итог заранее предсказуем – вызов в школу родителей. После маминого возвращения, взрослые закрылись в кухне, откуда доносились звуки то ли рыдания, то ли смеха. Чтобы узнать нашу участь, мы подкрались к кухонным дверям. Наше подслушивание прошло неудачно, только мы приложились к дверям ушами, как двери распахнулись, отбросив нас на середину коридора.

Дверь больно ушибла нас, но боль заглушил страх: нас застали на месте преступления. Родители, увидев нас сидящими на полу и потирающими ушибы, веселились долго. Воспитательное мероприятие возложили на бабушку.

А вечером, услышав зов к столу, мы пришли на кухню и увидели на своих тарелках покрошенные листья нашей любовно взращиваемой "берёзки" для класса.

– Ешьте, ешьте! Приятного аппетита, – ядовито сказала бабушка и вышла из кухни.

Нам было так жалко растение, но плакать мы не смели, зато поняли, как плохо Наташке, как ей обидно, как она жалеет свой цветок. А он на самом деле был красивый. Нас даже ничего не лишили, и это сильнее, чем наказание. Нам было стыдно, мы жалели наш и Наташин цветок, нас терзали угрызения совести, нашей подлости, жестокости. Целая буря отрицательных эмоций в свой адрес захлестнула нас. Мы изливали всю эту боль друг перед другом, сидя над покрошенным в тарелках цветком.

А нас даже не наказали… Почему? Мы же поступили очень и очень плохо, гадко. Вот пойми этих взрослых! Где наше справедливое наказание? Мы одновременно поднялись из-за стола, и подошли к папе:

– Папа, нам нужны деньги.

– Вот как! Позвольте поинтересоваться, зачем? И много?

– На цветок для Наташи, – без предисловий начала Оля.

– Ага… А какой у неё был ?

– Мы не знаем, но хотим купить ей самый красивый.

– Похвально. Ну что ж, вместо каруселей купим для Наташи что-нибудь красивое.

Мириться с Наташкой мы шли, торжественно неся в красивом горшке раскидистую берёзку. Мы боялись, но осознанно решили пройти через это испытание. Мы ещё не научились чувствовать чужую обиду и боль, мы поняли, что чувствовала Наташка.

Мама ходила в школу, затем проводила воспитательные работы дома. Бабушка наказывала нас рукоделием: для нас самое тяжёлое – сидеть на одном месте, занимаясь однообразным трудом.