Эйль

– Я до сих пор помню твое предательство, Эйль! Хочешь остаться в живых, докажи мне верность!

Эйль открыла рот, ярость затмила здравый рассудок, но тут же взяла себя в руки.

– Верность? С ума сошел? Какая верность после всего, что ты сделал! – выкрикнула Эйль и поразилась своим эмоциям: злость, гнев, обида.

Маркус смотрел на нее бесстрастно.

– Если хочешь обратно получить свое зеркало, докажи, что ты не ударишь меня ножом в спину! Обратно без моей помощи тебе во дворец не попасть.

А судя по твоему ожогу на руке, то и забрать его ты не сможешь.

Эйль хотела взвыть от бессилия и правоты Маркуса. Он всегда был смышленым, и не требовалось ему разъяснять, что да как. Он быстро разгадал, почему Эйль выглядит иначе, ничего не ест и за столом сидит белее снега. А когда она попросила зеркало, все стало на свои места.

– И чего же ты хочешь?

– Ты должна убить Каина.

Эйль откинула голову и расхохоталась.

– Что? Что ты просишь меня сделать? Повтори!

– Дважды повторять не буду.

Сделаешь это и зеркало – твое! – потер подбородок, на котором отросла щетина. – Или ты сможешь взять любое из этих. – Он указал рукой на зеркала.

Эти зеркала ей не подходили! Ни в одном из них не было того, что ей необходимо. Татуировка не только вернет ей красоту, но и усилит магию, а зеркало напитает силой. Эмоции сотрутся, и физическая боль станет неощутимой.

– Если я его убью, достань мне то самое зеркало, которое было у меня во дворце.

Маркус насмешливо посмотрел на нее.

– Что же в нем такого, чего нет в этих?

– Зачем тебе смерть Каина, твоего Повелителя, за которым ты шел на поля сражений и проливал кровь ради него?

На лице Маркуса проступили желваки.

– Вы были так неразлучны! Или это проверка, Маркус? Ты проверяешь меня? В чем подвох?

– Убей его! – процедил Маркус сквозь зубы. И тогда получишь то, чего хочешь.

– И как же я его убью? – Эйль выдернула руку и сложила руки на груди.

 – Он древнее зло. Да он меня одним взглядом в порошок сотрет!

– Хитростью, Эйль. Так, как довела меня до безумия. – Вокруг его глаз образовалась алая почти что черная паутинка, глаза налились чернотой. – Эйль открыла рот, тело покрылось мурашками от страха.

Маркус злился. Злился так, что не контролировал себя!

– Ладно. – сказала Эйль больше для того, чтобы успокоить его.