Дума про Опанаса; Поэзия

И возбужденные жарой,

Они пресыщены едою,

Их не тревожит запах твой,

Благословенное жаркое.

Как сладок им весенний жар

На кухне, где плита пылает,

И супа благовонный пар

Там благостно благоухает.

О черных лестниц тишина,

Чердак, пропахнувший мышами,

Где из разбитого окна

Легко следить за голубями.

Когда ж над домом стынет тишь

Волной вечернего угара,

Тогда, скользя по краю крыш,

Влюбленные проходят пары.

Ведь ты, любовь, для всех одна,

Ты всех страстей нежней и выше,

И благосклонная луна

Зовет их на ночные крыши.

1919

«Я сладко изнемог от тишины и снов…»

Я сладко изнемог от тишины и снов,

От скуки медленной и песен неумелых,

Мне любы петухи на полотенцах белых

И копоть древняя суровых образов.

Под жаркий шорох мух проходит день за днем,

Благочестивейшим исполненный смиреньем,

Бормочет перепел под низким потолком,

Да пахнет в праздники малиновым вареньем.

А по ночам томит гусиный нежный пух,

Лампада душная мучительно мигает,

И, шею вытянув, протяжно запевает

На полотенце вышитый петух.

Так мне, о Господи, ты скромный дал приют

Под кровом благостным, не знающим волненья,

Где дни тяжелые, как с ложечки варенье,

Густыми каплями текут, текут, текут.

1919

Баллада о нежной даме

Зачем читаешь ты страницы

Унылых, плачущих газет?

Там утки и иные птицы

В тебя вселяют ужас. – Нет,

Внемли мой дружеский совет:

Возьми ты объявлений пачку,

Читай, – в них жизнь, в них яркий свет:

«Куплю японскую собачку!»

О дама нежная! Столицы

Тебя взлелеяли! Корнет

Именовал тебя царицей,

Бела ты, как вишневый цвет.

Что для тебя кровавый бред

И в горле пушек мяса жвачка, —

Твоя мечта светлей планет:

«Куплю японскую собачку».

Смеживши черные ресницы,

Ты сладко кушаешь шербет.

Твоя улыбка как зарница,

И содержатель твой одет

В тончайший шелковый жилет,

И нанимает третью прачку, —

А ты мечтаешь, как поэт:

«Куплю японскую собачку».

Когда от голода в скелет

Ты превратишься и в болячку,

Пусть приготовят на обед

Твою японскую собачку.

1919

Трактир

Посвящение 1 (ироническое)

Всем неудачникам хвала и слава!

Хвала тому, кто, в жажде быть свободным,

Как дар, хранит свое дневное право —

Три раза есть и трижды быть голодным.

Он слеп, он натыкается на стены.

Он одинок. Он ковыляет робко.