Придурки, или Урок драматического искусства (сборник)

ЗЮКИНА. Какой зэк, какой зэк? Я про первый ряд говорю! Чтоб кителя у них от соплей намокли, а у ихних жен чтоб всю штукатурку с морд смыло! Вот какой нужен спектакль! Сделаем – опер нам все устроит. У него даже на самом верху отчим-фуетчим. Старлей, а даже к начлагу дверь ногой открывает! (Фроловой.) Позанимаешься со мной сегодня еще? Есть сгущенка.

ФРОЛОВА. Лучше тушенка.

ЗЮКИНА. Нету. Сгущенку сразу даю.

ФРОЛОВА. Годится.

ЖУК. Весна, а усё под тридцатник держит. За ночь всю еду из тела холодом вынимает…

Пауза.

ШКОЛЬНИКОВ. Во второй своей жизни я должен был воевать. Всем классом пришли в военкомат. Через три дня уже грузились в теплушки. В последний момент меня срочно – в штаб. Перед штабом – «зис» отчима. Спасать прибыли. Так и вышло. Мать руки заламывала, отчим ногами топал, грохотал: что я хочу убить ее… Прямо из штаба меня – в училище. Эшелон ушел без меня. Почти все ребята погибли. Первой же зимой, под Москвой.

СПИВАК. Вы тоже могли погибнуть.

ШКОЛЬНИКОВ. Я не боюсь смерти.

Погибнуть за Родину – это большая честь. Хотя, конечно, никогда не представлял себя мертвым. Наверное, этого человек вообще представить не может.

СПИВАК. Может.

ШКОЛЬНИКОВ. Смерть – это несуществование. Как можно это представить?

СПИВАК. Смерть может быть и освобождением.

ШКОЛЬНИКОВ. Извините, Ефим Григорьевич. Вы больше меня знаете о театре, вообще о жизни. Но о смерти я знаю больше вас.

СПИВАК. Вам приходилось участвовать в расстрелах?

ШКОЛЬНИКОВ. Проведение подобных мероприятий входит в наши обязанности.

СПИВАК. Поверьте, я не хотел вас задеть.

ШКОЛЬНИКОВ. Задеть – чем? Это – служба. Она часто трудней, чем на фронте. И важней. Без нашего металла не будет брони, без брони – танков. Я всегда понимал важность и нужность моего дела. Но иногда, и в последнее время все чаще, я будто бы возвращаюсь в мою первую, несбывшуюся жизнь. И спрашиваю себя: это – я?.. (Помолчав, убежденно.) Я смогу сыграть Незнамова. Потому что понимаю его, когда он говорит: «Я ничто, я меньше всякой величины…»

СПИВАК.

А когда он говорит: «Я чувствую, что по какой-то покатости, без участия моей воли, я неудержимо влекусь к острогу»? Это – понимаете?.. Вы чем-то взволнованы. Что-то произошло?

ШКОЛЬНИКОВ. Да. И это поразительно. Неожиданно, странным зигзагом судьбы свершилось то, о чем я даже мечтать не мог бы в той своей первой жизни. Это было невозможно, немыслимо, для этого мне не хватило бы везения и таланта.