Гинекологическая проза

Осень прошла незаметно, учились, развлекались, все как всегда. Алина, появлявшаяся в институте не чаще обычного, общалась теперь в основном с Соней, а Ирочка, наоборот, за это время ближе сошлась с Мариной. Ну их, обе они, что Алина, что Сонька, какие-то внезапно-непредсказуемые. Алину с ее вихрями Ирочка вообще побаивалась, Марина хоть нормальный спокойный человек, сегодня такая же, как вчера.

В конце декабря Алина совсем пропала, недели три ее никто не видел, она даже на контрольные перестала появляться, а телефона у нее теперь не было.

Сонька на все расспросы только пожимала плечами. Уже перед сессией, идя с консультации, девчонки вдруг столкнулись с Алиной в институтском коридоре. Она прошла было мимо, но Ирочка ее окликнула, та повернулась, скользнула невидящим взглядом, встряхнула головой, пробормотала что-то бессвязное и быстро ушла. Так непохоже это было на Алину всегдашнюю, что Ирочка испугалась, сама не зная чего:

– Что это с ней? Как мешком пыльным стукнута…

– Будешь тут, – сухо сказала Соня.

 – Ладно. Я расскажу, но ты этого не слышала. Если Алька узнает… – и Соня махнула рукой, недоговорив.

Оказалось, Алина делала аборт. Почему, Соня и сама не знала, Славка любил Алину безумно, по Сониным словам, он спал и видел на Алине жениться, загвоздка была в ней, но и сама Алина была противницей абортов, тут им, казалось, сам бог велел в ЗАГС, но вот поди же. Аборт сделала поздно, тяжело, после болела и переживает ужасно.

– С чего ты взяла, что она такая уж противница? – спросила Ирочка.

 – Кто ж ее заставлял-то?

– Не знаю я ничего, – повторила Соня. – С ней сейчас вообще разговаривать трудно. А что противница, точно, она и Маринку в свое время отговаривала, они даже ссорились тогда.

– Было дело, – подтвердила Марина. – Алька в этом смысле очень правильная, это только с виду кажется, что ей все трын-трава. Для нее дети – святое.

– Она и от мужа-то своего раньше не ушла, потому что забеременела, она мне рассказывала эту свою историю, – сказала Соня.

 – Не знаю, Ирка, чего ты к ней цепляешься, она столько в жизни выхлебать успела, тебе и не снилось.

– Да не цепляюсь я, с чего вы взяли, – запротестовала Ирочка. – Подождите, я не поняла, а от чего она Маринку-то отговаривала?

– Ну, ты даешь, святая слепота, от аборта, от чего же еще.

– Как, Марин, и ты тоже? – поразилась Ирочка. – Ну, вы все даете! А чего еще я про вас не знаю?

– Да почти ничего, – засмеялись Соня с Мариной.