Вика-Викуля. История любви

Открылись живот, бедра, длинные белые ноги чуть разошлись призывно.

Пупышов не то громко выдохнул воздух, не то хрюкнул, протянул руку, сдернул простынку на пол. Жена сразу, не открывая глаз, попыталась лечь на живот.

– Не вертись! – прошептал громко, схватил за плечо, перевернул на спину, навалился тяжелым телом, руками больно мял груди, придавил так, что она только охнула, только стонала тихо…

Не спеша встал, взял простынку, вытерся, сказал негромко:

– И не хрен тебе было вертеться…

Бросил простынку жене на живот и ушёл, плюхнулся на свою кровать.

Мигом уснул, захрапел-засвистел.

Виктория Семеновна лежала тихо, так и не открой глаз, слава Богу, храпит не очень сильно. Чувствовала себя распятой, все косточки болели, наверное, будут и синяки. Трахнул ее любимый муж как дешёвую шлюху…

Наконец встала, брезгливо подцепила грязную простынку двумя пальцами. В соседней ванной комнате кинула в угол, сегодня же выбросит в мусоропровод. Включила душ и долго стояла под тёплой водой… Потом легла и думала – почему? Почему стала его женой?

С ним-то всё понятно: старому кобелю захотелось молодого мясца.

А она-то? Поддалась минутному увлечению? А, может, просто надоело жить по чужим углам и экономить каждую копейку? Только не просчитала все возможные последствия. А надо было – надо было хорошенько подумать. А теперь что? Куда денешься? Некуда…

Глаза были мокрыми, голова тяжелая, теперь не уснуть, а ведь еще можно поспать пару часов.

Но неожиданно заснула быстро и спала спокойно!

3

Вся моя печальная, и даже трагическая, история началась в веселый весенний день, по иронии судьбы в день моего рождения. Я его давно не отмечаю, почти забыл, и никто о нём не знает.

Я шёл по небольшому скверику возле дома и радовался. Весна! Весна! Первая зелёная травка на газонах, почки на кустах набухли – скоро проклюнутся листочки. Земля на клумбах черная, но вот-вот её вскопают и высадят уже готовые цветы из теплицы.

Посидеть бы на лавочке хоть немного, но некогда – спешу на работу, я ведь теперь сантехник в жилищной конторе.

Вошёл в маленькую комнатку диспетчеров, тетя Маша, ехидно улыбаясь, подала мне заявку. И сказала тихим, тоненьким, каким-то змеиным голосом:

– Вот, Петр Сергеич, она легонькая, как раз для тебя.

Я глянул – ремонт бачка унитаза, Заозёрная 16, квартира 5, Пупышев. Ничего себе легонькая! Хуже не придумаешь, это же так далеко.