Жизнь в стёклах (сборник)

Саша и Оксана каждые выходные посещали групповые тренинги. Эйфории хватало ровно на два дня, а во вторник вечером к Саше возвращалась безысходная тоска, вечная его подруга. Иногда она являлась в виде петли, иногда в виде старухи с косой. Не помогали ни тусовки с друзьями, ни поездки в боулинг-клуб или сауну, ни походы в кино. Оксана говорит: надо попробовать поиграть в сквош или пейнтбол. Дура! Может, предложит ещё заняться дайвингом в бассейне? Есть ещё великолепный вид спорта – прыжки без парашюта. Ты прыгаешь без парашюта, а партнёр твой – с парашютом и ловит тебя в воздухе.

Если бы он мог спиться! Если бы мог увлечься чем-нибудь, как марками в детстве! Если бы мог забыться! Но Сашины старые намерения прочно держат его в паутине настоящего. Чем дальше, тем меньше управляет он своей собственной жизнью. Всё по-накатанному. Инерция увязания в болоте.

Одно утешение: все без исключения люди на Земле увязли в том же болоте. Никто не может вырваться из мира. И все, рано или поздно, окажутся на дне.

Слава Богу, что его ожидает смерть! Успокоиться, раствориться, исчезнуть, перестать существовать. Как было бы ужасно, если бы люди жили вечно! Вечные муки. Вечная цепь перерождений. Вечное повторение предсмертной агонии.

Но Саша точно знает – скоро всё закончится. Его достигнет блаженная нирвана небытия…

Он перевернулся на другой бок. Оксана уже спала, телевизор всё ещё работал. Давно, давно ему не снились его яркие запоминающиеся сны. Его иллюзии, его утопии.

«Ну что ж, пускай приснится!» – думал он, проваливаясь в темноту.

* * *

Он стоял в овраге и читал Евангелие на церковно-славянском. На нём была самодельная ряса, сшитая Оксаной. Умиленные слёзы текли по Сашиному лицу.

На дереве сидели две крупные разноцветные птицы, размером с сороку. Саша так и не знал, как они называются. Птицы внимательно слушали Слово Божие в ожидании засушенных для них сухарей.

Поиски духовника оказались неудачными. Но в духовной жизни должен быть лидер, «нагваль» (можно называть как угодно). Иначе каждый будет тянуть одеяло на себя. После мучительных раздумий он принял болезненное решение: он сам должен стать духовником. У кого? У Оксаны. Может быть, будет приезжать из города кто-нибудь из родственников или знакомых. Он должен руководить кем-то не как муж, а именно как энергетический лидер.

Он не может стать священником или монахом.