Виола

Сам трон, размещавшийся на самой верхней ступени, был сделан из слоновой кости и вызолочен. Спинкой для него служили два вола, к которым был прилажен круг в виде щита. А поверх этого щита находилось ещё и изображение орла. Локотниками для трона также служили изваяния львов, на которые царь облокачивался, когда восседал на троне.

2

Москва. Ноябрь 2019 г.

Двери открылись, и в зал суда, в сопровождении полупьяного конвоя и в наручниках, ввели измождённого молодого человека.

Он безучастно смотрел вперёд, на треснутый циферблат на стене, стрелки которого отчего-то шли наоборот. Всё вокруг казалось вывернутым наизнанку. Зал был переполнен, как будто вот-вот должно было начаться театральное представление. Люди вокруг напоминали застывшие статуи и оживали только в те минуты, когда внезапное любопытство пробуждало их каменные сердца. Всюду витала какая-то душная атмосфера и на редкость оглушающая тишина, которая, однако, резко сменилась балаганом, после возгласа писклявого судьи, на голове которого было что-то вроде мужских кальсон.

***

Санкт-Петербург. Ноябрь 2018 г.

Стоит осенний Петербург, гордо сияя червонным золотом. Он всегда был и остаётся для меня чем-то непостижимым и вместе с тем необычайно значимым, хотя бы благодаря пушкинскому «Медному всаднику» или гоголевскому «Невскому Проспекту».

Этот город не просто символ белых ночей и разводных мостов, как это представляется большинству, а именно та сердцевина – великая сокровищница европейской культуры, от самых миниатюрных скульптур античности и барокко до величественных дворцов, Исаакиевского собора с его фресками, или необъятного Эрмитажа с его многочисленными колоннами, галереями и экспонатами.

Не перестаю дивиться этому прекрасному и вечно ускользающему городу. Его зыбким, полурасплывчатым очертаниям – будто бы картинам, написанным самим дождём, его таинственным мелодиям скрипок и стуку рельсов, по которым проходит вечерний трамвай, медленно огибая всё те же улицы, освещённые тусклыми фонарями… Его манящему запаху цветов, среди которых выделяется один-единственный – запах ночной фиалки, ощутимый лишь короткое мгновенье.

Неуловимый город… воистину неуловимый!

Итак, Петербург. Всюду бронзовые лоскутья. На скамье – фигура молодого человека. В руках – небольшой томик. Юноша был одет в чёрное, как ночь, пальто, на фоне которого горело оранжевое кашне.