Дубликат

Вот, мол, все смотрите, какой лакомый кусочек я отхватил! А вам слабо?! Впрочем, и собственного эгоцентризма вполне достаточно. Я охотник! Я победитель! Хоть где, да урву-таки я свой первый приз! Я! Я! Я!

Ну покуролесишь ты с молоденькой с четверть часа, а дальше-то что? Думаешь, поддержит она тебя, когда пойдут неприятности на службе? Утешит, если с деньгами будет туго? Ломанется на другой конец города за лекарством, когда заболеешь? Книжку сможешь с ней обсудить? В музей и на концерт сходить? Ну-ну… Двадцать лет разницы, совсем мужик сбрендил! Новых впечатлений ему, видишь ли, захотелось.

А ты, коза драная, как мыслишь, остановится он на достигнутом? Если есть чем мыслить, разумеется. Думаешь, не поменяет он через полгодика твою упругую попку на что-нибудь позавлекательнее? Чтоб бюста было побольше, а мозгов, наоборот, поменьше? Ну, мечтай, мечтай… Отольются еще кошке мышкины слезки!

Вот интересно, и почему это молодые девки предпочитают такие огромные смартфоны? Аж в сумочку едва-едва влазит… На громадных джипах, понимаешь, разъезжают.

Ладно, засиделась она тут, пора на работу. Мария Сергеевна расплатилась и покинула заведение. Чаевых этому, в штанах, не оставила принципиально.

***

– Ма-а-ай… Ма-а-ай…

Он открыл глаза. Она уже не спала и пристально смотрела на него.

– Привет.

– Привет… М-м-м… Ночью ты меня Машей назвал…

– Извини.

– Не беспокойся, милый, называй как тебе больше нравится.

– Еще пятьдесят долларов?

– Ага.

Она не выдержала и прыснула. Потом вдруг опять посерьезнела.

– Ты ее сильно любил?

– Знаешь, не очень хотелось бы затрагивать эту тему.

– Прости, – она вздохнула и прижалась к нему. – Странно… Наверное, я просто влюбленная идиотка. Но почему-то совсем не чувствую опасности со стороны этой Маши.

– Так оно и есть.

– Правда?

– Конечно.

– Тогда ладно. А что мы сегодня будем делать?

– У тебя были какие-то планы?

– Не-а, – она мечтательно раскинула руки.

– Отлично. Сейчас позавтракаем и чего-нибудь придумаем. Терпеть не могу принимать ответственные решения на голодный желудок.

– Прекрасно.

Они оделись и переместились на кухню. Он подобрал с обеденного стола поварской нож и запихнул его назад в держатель.

– Творог будешь?

– Да.

– Только он обезжиренный. Этот был самый свежий.