Тот, кто сильнее тебя…

– Так уж и бить?

– Я тебе говорю. А ударчик у него – ого-го! С ног свалит. Натренировался!

Ермаков взглянул на студента. Тот внимательно слушал, о чем говорил лысый.

– Вы думаете – это правда?

– Врет, – уверенно ответил Егор. – Да и потом, чего нам-то переживать? Дольше трех часов нас здесь держать не имеют права.

Сама мысль о том, что в милиции могут избить, казалась Ермакову нелепой. Задержать – да… Пусть даже и несправедливо. Обвинить в чем-то – тоже возможно… Но чтобы бить!? Это не укладывалось в голове.

– Идет! Идет! – прошелестел тревожный шепот. И вслед за тем по коридору раздались тяжелые шаги.

Высокий мужчина в форме старшего лейтенанта показался перед решеткой. Склонившись к замку, он что-то негромко напевал. Ермаков разобрал слова:

«Ап!.. И тигры у ног моих сели!

Ап!.. И с лестниц в глаза мне глядят…»

Он так и вошел, словно дрессировщик в клетку – уверенно, смело. Все встали.

– Граждане алкоголики, тунеядцы и прочие аферисты! Кто хочет поработать?

– Я! – бойко ответил лысый.

– А-а-а! – радостно воскликнул милиционер. – Голова босиком! Ты чего опять натворил?

– Жена сдала!

– Дебоширил?

– Какое там! Разве что самую малость… Зато она мне – во! – сковородой!..

Лысый приподнял верхнюю губу и показал обломок зуба.

Старший лейтенант поинтересовался, кто еще хотел бы заняться общественно-полезным трудом. Но больше желающих не нашлось. Тогда он вызвал охрану и отправил лысого мыть полы. А остальным велел построиться в одну шеренгу.

Егор со студентом оказались крайними на левом фланге.

Было непонятно, для чего все это… Милиционер с повязкой дежурного выглядел вполне миролюбиво. Вот только улыбка у него была какой-то недоброй.

– Товарищ старший лейтенант, – обратился к нему Ермаков. – Меня задержали только для установления личности. Три часа, положенные по закону, прошли. Хотелось бы узнать, когда меня отпустят?

Милиционер удивленно приподнял тонкие черные брови.

– Это кто тут такой? Ты, что ли, законник?

Он приблизился и окинул Егора цепким взглядом.

Пухлые красные губы были слегка приоткрыты, в темно-синих глазах застыла наглая усмешка.

– Как фамилия?

– Ермаков.

– Драка в кафе?.. А ты знаешь, что за это полагается? Статья двести шестая, часть вторая…

– Но я не виноват. На меня напали. Я вынужден был защищаться.

– Это все до фени… Привезли-то тебя. Значит, ты и ответишь.

– За что?

– Да хотя бы за разбитую посуду и поломанную мебель.

«Вот попал! – подумал Егор.