Переводчица

Так почему жизнь до сих пор «окаянная»? И с валютой одна канитель? И в газетах такие подробности? И что нам сегодня, мешает, наконец, «утроить дела по уму»?

Конечно, в своих рассуждениях Арина не замахивалась на геополитические масштабы. Она прекрасно понимала, что Москва – это далеко не вся Россия. Но, будучи коренной москвичкой, она обостренно подмечала все перемены.

То, что Москва слезам не верит, известно всем и давно. Она не верила им даже в те времена, которые сегодня, оглядываясь назад, принято называть добрыми, когда про неё искренне пелось «дорогая моя столица, дорогая моя Москва».

Но вот парадокс: как бы ни прихорашивалась на лад «европейской красавицы» наша столица, за ней почему-то всё равно и сегодня тянется, словно шлейф, это давнишнее определение… А именно: Москва – большая деревня. Очевидно, дело тут вовсе не в зеркальных витринах, красивых набережных, обновлённых стенах старого Кремля, роскошных новых высотках и завлекательных вывесках казино, баров и ресторанов не на русском языке, освещаемых ночью так, как их днём не освещает даже естественное небесное светило.

На зависть некоторым европейцам, испытывающим проблему с энергоресурсами. Куда им до нас, с их ветряными мельницами… Всё это, так сказать, Москва – парадная, которой приятно любоваться из окна добротного авто, проезжая по центру мегаполиса.

Но всегда была и другая столица. Москва – не парадная. И сегодня она тоже есть. Она, родимая, никуда не делась. Это целый «город в городе». И прежде всего – Москва провинциалов, многие из которых в своё время приехали сюда отнюдь не потому, что когда-то прочитали знаменитое чеховское «в Москву, в Москву»… Отнюдь.

Но огромный город принял их в свои объятья, растворив в многомиллионной толпе.

К тому же, далеко не все из приезжающих в российскую столицу едут, чтобы танцевать на сцене Большого театра или учиться в МГИМО. Масса народонаселения большой страны, постоянно мигрируя, занимает далеко не самые престижные у коренных москвичей профессии – строителей, водителей троллейбусов и автобусов, заводских рабочих.

Мегаполис, нуждающийся в рабочих руках, заглатывает их всех. Так было раньше, так остается и сейчас. Москва полнится не только слухами, но и провинциалами, возможно, тем самым отчасти оправдывая и сегодня название «большой деревни». Но… Большой город, поманив праздничными огнями и надеждой на лучшую жизнь, может и обмануть. Мегаполис разобщает, здесь много одиноких, несчастливых людей с неустроенной судьбой.