Восток/Запад

– Вы странный, – как бы между прочим заметила девушка, – вы часто подбираете таких, как я?

Я честно ответил:

– Что вы имеете в виду? Каких таких? Молодых и печальных? Попавших в беду? Людей, которые ночью бродят по городу? – я взглянул на нее и усмехнулся, чувствуя себя совершенно безумным, – знаете, недавно вот подвозил старика в традиционной одежде, он общался со мной через google translate, еще детишек, мальчика и девочку, они сказали, что потерялись, я подбросил их домой…

– Вот как. Ну ясно, – мягко улыбнулась незнакомка, – они слетаются на ваш свет… Будьте внимательнее, в иной раз к вам в машину может сесть кто-нибудь по-настоящему опасный.

– Я не могу им отказать, – тихо прибавил я.

– Знаю, – кивнула девушка, – именно поэтому вам не следовало приезжать сюда.

Оставшуюся часть пути мы проделали в тишине. Я сфокусировался на дороге и на странном покалывании в кончиках пальцев. Панический страх отступил. Когда я подвозил старика и детей, со мной происходило то же самое.

Радужный мост оказался и вправду, ну знаете, радужным. Над темной антрацитовой гладью залива возвышались белые опоры моста, подсвеченные красным, синим и желтым. Со стороны дороги открывался вид на остров Одайбу: его огни напоминали разноцветных светлячков.

Я припарковал машину недалеко от набережной. Незнакомка не возражала. Кажется, она задремала. Я легонько тронул ее за плечо.

– Мы приехали, мисс. Море.

Девушка открыла глаза, поежилась.

– Прогуляетесь со мной?

– Почему бы и нет.

– Благодарю вас, – она слабо улыбнулась и кивнула в знак уважения.

Я открыл дверь; девушка выбралась из джипа и зашагала к набережной. Я поплелся за ней, даже не пытаясь понять, что же все это значило. Незнакомка куталась в тонкий плащ, шла, засунув руки в карманы. Я слышал, как она насвистывает. Сердце сдавило от невыносимой тоски. Девушка ловко лавировала в толпе припозднившихся гуляк, а те будто бы не замечали ее.

– Он привозил меня сюда и все твердил: мы будем счастливы, Харуко, потерпи еще немного, Харуко.

Артхаусный фильм. Мне оставалось только смотреть. История воспроизводила саму себя: это кино ни поставить на паузу, ни выключить к чертям.

– Даже не подозревала, какое он чудовище, – прибавила девушка. Она вдруг остановилась.