Агентство частного сыска

Вы и сами знаете, какие витые переулки на окраине Нового Лондона.

– Что правда, то правда, – согласился Фрост.

Пауза затянулась.

– Может кофе? – сказали они одновременно.

Рита улыбнулась и направилась в счетоводную. Там была крохотная печка в нише стены. Не самое разумное решение для помещения, полного бумаг. Но не в основном зале же ставить! А в ванной наверху и вовсе бессмысленно.

Зазвенели чашки, запахло кофе. Подполковник замер у окна и погрузился в тяжелые думы о том, как свести концы с концами. Ему было жутко стыдно перед подчиненными за скудные выплаты, за дешевый кофе и за плохо пропечатанные квитанции.

Он знал, что бывшие коллеги по министерству, да и не только они, неприкрыто посмеивались над затеей Фроста. За глаза называли его подполковником семейных раздоров или сыщиком беглых собак.

Фрост все терпел и позволял себе втайне злорадствовать, когда на пороге заявлялась жена очередного чиновника из военного министерства с просьбой вычислить любовницу. Поначалу подполковник за такое не брался из этических соображений.

Но практичность подавила чувство гордости. Да и Каллен зудел над ухом, что молчание за такие скандалы стоит дороже, гораздо дороже. К тому же через дорогу размещались две типографии и целых семь редакций газет. В случае чего, можно и…

Договорить Каллену Фрост не дал. Лишь посмотрел на него самым тяжелых из своих взглядов, и тот замолчал на полуслове. Но с каждым днем эта мысль червем вгрызалась в мозги подполковника. Нет, шантаж не входил в его планы, чтобы зарабатывать больше.

Но вот гонорары за снижение риска какого-то чиновника быть уличенным в измене можно и поднять.

За этими мыслями и застала его Рита. Она поднесла дымящуюся чашку дешевого кофе и стала рядом.

– А вы знаете, что у Каллена появилась девушка?

Фрост едва не поперхнулся.

– Да, представьтесь себе. На этот раз самая что ни на есть девушка. Вы ведь знаете, они с Клэр недолго были вместе. Так… – она задумчиво заправила прядь волос за ухо. – А вот теперь Каллен почти каждый вечер таскает букеты за три шиллинга в малый театр.

Влюбился в актрису. Говорит, она поет как соловей.

Рита захохотала. Подполковник залюбовался ею. Давно он не видел ее веселой.

– По мне так он без ума от ее ног и талии, затянутой в тугой корсет, – брякнул Дуглас.

Он отмыл лицо и руки. На брюках остались мокрые пятна. Влажный пиджак пришлось повестить на спинку стула, чтобы просушиться.

Рита вмиг потухла, улыбка сползла с лица. Подполковник глотнул из чашки.