Доминик Уэйн-Пинч

Аристократическая бледность в семье со странной фамилией Пинч не была их особенностью, поскольку все население Маргита носило белое лицо.

Сейчас, Рови стояла напротив Доминик, внимательно оглядывая её с ног до головы.

Сегодня тёмные медные волосы Доминик были аккуратно забраны и перевязаны зеленой атласной лентой, оголив красивую лебединую шею. Пряди длинной челки выбивались, и падали на ее изумрудные глаза, которые она то и дело поднимала на Рови, ожидая того, что же она ей сегодня скажет. Но, вместо этого, Рови хитро улыбнулась.

– Что такое? – вид Доминик стал озадаченным. – Почему ты так улыбаешься?

Не отвечая, Рови лишь сильнее заулыбала-сь.

– Да что же такое? Рови!

– Ох, все просто прекрасно! Разве что…

– Что? – Доминик испуганно посмотрела на сестру. – Что-то с волосами? С платьем?

– Успокойся! Я просто шучу. Все просто превосходно! – пропела та. – Мама зовет нас кушать. Идем!

Быстро поправив волосы, Доминик проследовала за сестрой вниз.

Дом, в котором выросла Доминик, был разделён на два этажа, которые разделяла белая винтовая лестница.

На первом этаже располагались гостиная и кухня, а на втором – спальные комнаты и ванная.

В основном, ели они всегда в гостиной, поэтому, спустившись в зал, Доминик ничуть не удивилась тому, что Батшиба сидит и ждет их появления именно в гостиной.

– Что так долго? Еда уже почти остыла, – она с упреком посмотрела на девочек, но затем, её взгляд смягчился. – Я пожарила мясо и сделала овощной салат.

– Спасибо, мам! – в голос проговорили они.

На лице Батшибы засияла улыбка. Она отвела голову в сторону и задумчиво обронила:

– Недавно я говорила с Питером, и он опять жаловался на Арона…

Услышав об этом, Рови и Доминик ничуть не удивились этой новости, поскольку слышали это уже много раз.

– И что же произошло сейчас? Арон убежал из дома? По-моему, он уже взрослый мальчик и может делать что захочет.

– Взрослый мальчик? Не думаю, что в 20 лет люди становятся «по-настоящему» взрослыми, Рови.

Тем более то, как он ведёт себя по отношению к отцу, просто немыслимо. Никакого уважения. Питер столько лет растил его в одиночку…

– Вот именно один! Представляешь как Арону было тяжело? – Рови отчаянно старалась защитить друга, – Какого это расти без матери!

Зеленые глаза Доминик широко раскрыли-сь.

– Это… тяжело, – неспешно проговорила она, заставив Батшибу и Рови посмотреть на неё. – Но, к счастью, мне это не знакомо.