Легенда о короле и шуте

Не может быть! Какой ужасной силою

был этот труп вдруг приведен в движение?

И тело мертвое столкнул я в речку быструю,

и понеслось оно, потоку подчиняемо.

А я опять бежать, что было сил моих,

и падал на пути, кричал отчаянно…

А нынче глянул я в окно, со сна опухший,

а под окном – размокший труп несчастной женщины!

Протер глаза – виденье растворилась!

Избавь, Господь, меня от тех воспоминаний!

Хлещет дождь который час, бьет вода по крыше.

На столе горит свеча, пламя тихо дышит.

Будто вечен этот вечер…

И никак душе моей не найти покоя.

Слышу шорох у дверей. Что же там такое?

Будто вечен этот вечер…

Слышишь, стерва, голос мой? Ты ведь где-то рядом!

Не стучись ко мне домой, мне тебя не надо!

Будто вечен этот вечер…[8 - «Воспоминания о мертвой женщине».]

– Старик! – прошипел Фрэд. – А ничего повеселее нет? Ужасу нагнал, даже крысы с чердака убежали!

– Дык… – кашлянул тот. – Ну вот, сбил меня, окаянный, я забыл как там дальше.

– И слава богу! – зевнул Фрэд во весь рот и подбросил в угасающий камин еще одно полено.

 – Давайте спать. У нас завтра еще дел по горло.

– Это какие же дела могут быть в лесу? – заворочался лесник.

– Государственной важности! – закутался в тулуп писарь. – Королевский ягодник и грибник пропали. Я их ищу.

Тут закашлялся шут.

– Ну-ну, – хрюкнул старик. – Ищи…

А уже через минуту избу наполнил громкий храп хозяина дома и дворцового бумагомарателя, и кто заливался пуще, еще можно было поспорить.

Проснулся писарь оттого, что в полной тишине раздавался жуткий вой.

Фрэд сел и протер глаза. Поленья догорели, и лишь угли еще еле теплились в жерле камина. Заспанный летописец растолкал шута.

– Слышишь? Говорю тебе, это волки. Прямо рядом с домом. Надо лесника будить!

– Буди, мне не мешает, – отмахнулся Прохор и засопел, повернувшись на другой бок.

Тот встал и прошлепал в сторону хозяйского топчана, опрокинув кружку, которую оставил шут. Ругнувшись, Фрэд добрел до старика и потряс его за плечо.

– Эй, проснись! – зашептал он.

– Уйди, а то прокляну! – гаркнул дед, но глаза открыл. – Чего тебе, злыдень, не спится?

– Волки за окном!

Хозяин сбросил ноги на пол, прислушался и почесал проплешину.

– Действительно, пришли уже.

Он влез в сапоги, накинул зипун, что использовал вместо подушки и, улыбнувшись, вышел в ночь, громко хлопнув дверью. Фрэд постоял еще немного, почесывая зад, и уже собрался увалиться спать, как вернулся лесник.