Кошмар нашей настоящей жизни

Просто из-за формальных правил духовной иерархии в отношении Земли, где для них все в равной степени «овцы», или просто мясо.

Пятеро окончательно совершенных садистов тем временем решили её добить. Один из них начал немедленно снимать с девушки платье, а другой держал её за руки. Мужчины решили изнасиловать её по очереди и этим самым самоутвердиться. В процессе секса мужчина всегда находит самоутверждение?! Может быть и да. Да и в принципе разницы нет, потому что секс не по любви – это тоже вид изнасилования, только более мягкий и бесполезно строить иллюзии об обратном.

В случае с Аэлитой несчастная уже в принципе заведомо считала себя мёртвой со сломанной шеей, хоть она и выжила. Она не могла сопротивляться, а только могла терпеть. Один из мужчин взял её за волосы и у неё началась агония, сквозь которую она услышала их насмешки:

– Ну что, шлюха духовная и физическая, раскопала наши тайны? Мразь ты. Сейчас мы с тобой повеселимся и не держи на нас зла. Никто не свят, а ты у нас сейчас просветишься.

– Ну что давай, раздвигай ножки. Хоть перед смертью удовлетворим тебя, ведьма.

– Ах да. И не жалуйся никому на нас. Жалоба же усугубляет проблему. Просто молчи и терпи, молчи и терпи и молиться не надо. Никто тебе уже не поможет.

Остальные пятеро просто промолчали в предвкушении свежей плоти на насилие, но не скрыли своего удовольствия. Естественно преступник всегда помнит о совершённом преступлении, даже если он не считает это преступлением. Да и в принципе любой конфликт и борьба – это явление преступления, потому само понятие преступления – это преодоление запретного барьера, грани между компромиссом и насилием во имя единоличной победы.

И сейчас эта победа была в большей степени на стороне садистов.

Ирония течения реальности не заставила себя ждать. С одной стороны дороги в парке в это время гуляла Августа, а ей на встречу с противоположной брёл с продуктами Антон, потому что размышлял все себе об этих исчезновениях и оба они совершенно не верили в судьбу.

Антон увидел идущую ему на встречу Августу, которая была в спортивных брюках и длинном спортивном пиджаке, белой длинной футболке, так как последним уроком была физкультура. Сам Антон в классическом костюме, но пиджак он всегда носил нараспашку, да и, как истинный технарь он предпочитал обычные футболки рубашкам.

– Здравствуй, торопишься? – немного робко поинтересовался Антон, но при этом произнёс слегка игриво.