Правда. Блондинки – это главное в идее красоты

Я стремительно побежала прочих из города, преодолевая оставленные им сопротивления и заражения в ссадинах, синяках и половых органах в своей обычной одежде, накинув лёгкую дублёнку. Бег просто из города в любую точку его конца меня заводил сейчас больше всего ранее пережитого в агониальной боли моего полового органа аж до тока по всему остальному телу. Моя скорость бега была высока, так как спрос на мои услуги уже мог появиться и у встречных людей просто чтобы надо мной поиздеваться.

Я задыхалась и бежала, не останавливаясь мимо зелёных клумб с газонной травой. Связь с убийцей дала о себе знать: он бежал уже за мной и быстрее меня, преодолевая свои ощущения на моей боли. Он жаждал ещё сильнее меня избивать для своего наслаждения в экстазе от моих физических изувечиваний и страданий. Я побежала ещё быстрее, а дыхание меня тормозило и составляло мне огромную проблему убежать от него, а он сзади бежит и кричит мне: «Стой, сука! Стой!», – относясь вообще, как к вещи, которая может болеть. Вместе с ним меня доедать им устремлялась шальная и пьяная перечениями с ним лучей наша звезда по имени Солнце, так как вообще всё, что он со мной делал – это явно просто мне от Солнца избранным мужчиной страшная месть как местной вкусняшке, дабы съесть пораньше и не ждать. Я не могла ускорить бег, но очень пыталась и упала с криком на дороге. И что он ещё дальше мог сделать додуматься? Ему надо было быстрее воды, так что он понёс меня назад домой, притворяясь всем встречным моим мужем неся при том меня на плечах, скрутив. Прямо единство любящих сердец, где я кричала на всю улицу, чтобы они помогли мне от него уйти. Я сделала вывод, что он не живой, вероятно, но не могла ожидать того, что случилось словно бы лишь от моего о том предположения. Он вдруг уронил меня, схватился за голову и, упав на асфальт начал биться головой о него сам. Я, пользуясь моментом, побежала обратно, а он уже не мог за мной бежать, так как беспощадно разбивал на смерть свою голову как полагается. Бег снова кривыми улицами на высокой скорости до автобуса и снова в путь. Он следовал за мной, и я это чувствовала с огромным ко мне презрением как к шлюхе, которую насиловал. Я убегала не оглядываясь, когда покинула автобус. Что довёз меня до конечной, где начинались деревни.