Трое

Но Илья встал на ноги, твёрдым движением взял с прилавка длинный и тонкий нож и сказал:

– Иди!

Тогда приказчик остановился, неподвижными глазами измеряя коренастую, крепкую фигурку с ножом в руке, остановился и презрительно протянул:

– А, ка-аторжное отродье…

– Ну, иди, иди! – повторил мальчик, шагнув навстречу ему. Пред глазами его всё вздрагивало и кружилось, а в груди он ощущал большую силу, смело толкавшую его вперёд.

– Брось нож! – раздался голос хозяина.

Илья вздрогнул, взглянул на рыжую бороду и налитое кровью лицо, но не тронулся с места.

– Положи, говорю, нож! – тише сказал хозяин. Илья положил нож на прилавок, громко всхлипнул и снова сел на пол. Голова у него кружилась, болела, ухо саднило, он задыхался от тяжести в груди. Она затрудняла биение сердца, медленно поднималась к горлу и мешала говорить. Голос хозяина донёсся до него откуда-то издали:

– Получи расчёт, Мишка…

– Позвольте-с…

– Вон! А то полицию позову…

– Хорошо-с! Я – уйду… Но и за этим мальчиком вы поглядывайте… Он с ножичком… хе-хе!

– Вон!

Снова в лавке стало тихо.

Илья вздрогнул от неприятного ощущения: ему показалось, что по лицу его что-то ползёт. Он провёл рукой по щеке, отёр слёзы и увидал, что из-за конторки на него смотрит хозяин царапающим взглядом. Тогда он встал и пошёл нетвёрдым шагом к двери, на своё место.

– Стой, погоди! – сказал хозяин. – Мог ты ударить его ножом?

– Ударил бы! – тихо, но твёрдо ответил мальчик.

– Та-ак… У тебя отец за что в каторгу ушёл – убил?

– Поджёг…

– И то хорошо…

Пришел Карп, смиренно сел у двери на табуретку и стал смотреть на улицу.

– Карпушка! – с усмешкой глядя на него, сказал хозяин. – Михаила-то я прогнал…

– Воля ваша, Кирилл Иванович!

– Воровать стал, а?

– А-я-яй! – тихонько и с испугом воскликнул Карп. – Да неужто? А-а?

Рыжая борода хозяина вздрогнула от усмешки, и он расхохотался, покачиваясь за конторкой.

– Ах, Карпушка… фокусник ты у меня…

Потом он вдруг перестал смеяться, глубоко вздохнул и задумчиво, сурово сказал:

– Эх, люди, люди! Все-то вы жить хотите, всем жрать надо! Н-ну, Илья, скажи-ка мне, – замечал ты раньше, что Михайло ворует?

– Замечал…

– А что же ты мне не сказал про это? Боялся его, что ли?

– Нет, не боялся…

– Значит, – теперь ты мне со зла сказал…

– Да, – твёрдо ответил Илья.

– Ишь ты, – какой! – воскликнул хозяин. Потом он долго гладил свою рыжую бороду, не говоря ни слова и серьёзно разглядывая Илью.