Птичий коллапс

Это потому что вы обезьяны. Только вы все избежали этой мутации, – ответила черепаха сердито с нескрываемой завистью. – Ты не очень-то догадлив!

– Стыдился бы спрашивать очевидное, – подхватила Сова.

Оба замолчали и уставились на Александра. Он готов был провалиться сквозь землю, упрекая себя за то, что сразу не заметил такую очевидную вещь. Наконец сова повернулась к черепахе и сказала по-человечески, чтобы Александр тоже понимал о чём речь:

– Давай, старина, поторапливайся! Нельзя же весь день вам на Солнце запекаться…

И наимудрейший продолжил:

– Да, вы избежали такой мутации как мы, но вы и перестали умирать.

Хотя ваше бессмертие далеко от совершенства – ни панциря защититься, ни клыков…

– Почему же? – возразил Александр. – Разве если нас съесть, мы не умираем? Хотя я видел такой феномен, о котором ты сказал – некоторые из нас встают и ходят мёртвыми.

– Они живы, – настаивал Наимудрейший.

– Не возражай! – прикрикнула Сова.

Но Александр и не думал возражать.

– Ваше бессмертие далеко от совершенства, – продолжил Наимудрейший.

 – Его можно назвать вечной смертью, так как у вас нет достаточной регенерации, как у нашей расы…

– Мне жить становится всё страшнее и страшнее, – продолжил Александр. – Получается, если прострелить мне голову, я не умру, но буду жить с простреленной головой? Да тут только и останется, что искать смерти у вас в пасти.

– А чего ты хотел? – спросил Наимудрейший с тревогой в голосе.

– Я уже по-настоящему начинаю желать нормальной смерти, – ответил Александр.

 – Я не хочу жить мертвым! Я боюсь! Простите.

– Разве боишься? – быстро сказала черепаха.

– Нет, конечно, – лицемерил Александр. Он очень боялся нового осознания. До паранойи боялся.

– Ну, значит, с решимостью у тебя всё в полном порядке для человека, – вздохнул наимудрейший. – Мне бы твою решимость жить. Хотя покончить с собой ты бы всё равно не смог. Да и не советую – останешься таким, каким себя и убить пытался. Вам остаётся только посочувствовать.

– Что мне делать? – спросил Александр.

– Ты должен сказать Богу об этом, хотя я полагаю, что он об этом в курсе, – отвечал Наимудрейший. – Есть четыре ключа связаться с ним, о которых знает только моя раса: любовь, рождение, смерть, немощь. Ключи любви – ваши ключи. Ваша раса даже говорит, что он – это любовь. Но эти ключи лишь даруют возможность размножения и продолжения развития рода и расы. Ты не сможешь с ключами любви поговорить с Богом. Да он и не стал бы с вами общаться.