Танцующая саламандра

 – Здесь ведь не только я хожу, сюда и местные аборигены порой заглядывают.

Атос опять брезгливо чихнул и вообще закрыл глаза.

– Ой-ой, тоже мне, демонстратор! Обоняние у него, видите ли, хорошее, унюхает, если что! Ты не захрапи только, нюхач! А то пойдешь на корм рептилиям.

На подобные инсинуации кот не счел нужным реагировать, продолжая изображать довольно крупный коврик.

Павел улыбнулся и повернулся к двери, ведущей в жилой блок подземелья. Улыбка и расслабленное выражение глаз мгновенно сменились сосредоточенностью и надменным холодом.

Павел еще раз проверил мысленный блок, который он интуитивно выставлял с того момента, когда впервые встретился со своими дальними родственничками.

Блок на свои мысли и эмоции, что очень нервировало Аскольда Викторовича Ламина, одного из главных в подземелье и не менее значимого там, в мире людей – господин Ламин являлся депутатом Государственной думы. А его ближайший помощник Макс Шипунов и в реальности имел корочки помощника депутата.

Это открывало перед Ламиным и Шипуновым почти все двери и овевало опахалом депутатской неприкосновенности.

Рептилоиды вообще постарались проникнуть на ведущие посты во всех ключевых точках человеческого общества, чтобы влиять на жизнь людей, направляя их в нужное русло. И подготавливая почву для ассимиляции…

Но, разумеется, депутатами и олигархами могли становиться только самые сильные, способные наводить морок одновременно на большое количество людей. А небольшое количество нужных людей временно превращать в послушных марионеток, причем после снятия воздействия люди ничего не помнили.

К счастью для человечества, таких сильных особей у рептилоидов было совсем мало. Их вообще осталось немного, раса вымирала. И единственным спасением для них была ассимиляция с людьми.

Поэтому Павел стал для них символом спасения.

А когда Ламин понял, что этот гибрид обладает ментальной мощью, на порядок превосходящей способности самого сильного из них, он приложил максимум усилий, чтобы сделать Павла своим, искренне презирающим убогих людишек, рептилоидом.

И ведь почти получилось! Хотя Аскольда Викторовича серьезно напрягала невозможность заглянуть в голову подопечного, настроиться на его эмоции, понять, что он думает и чувствует на самом деле.

Но зато удалось сформировать новую личность, и, судя по поведению и поступкам, эта новая личность отлично прижилась в потерявшем память гибриде.