Затонувшая свобода

 – Она устала от твоих правил! Ты душил ее заботой! Девчонке нужна была мечта!

– Ради которой она исчезла и, возможно, умерла.

– Или нашла, что искала. Здесь ей было плохо, и ты это знаешь. Она не создана для жизни на пиратском корабле.

– Знаю! Но я спасал ее от замужества!

– И ты все сделал верно. Но ей нужно было уйти.

– В место, которого не существует!

– О, Марибертус существует, дорогой. Просто… надежно скрыт от нас. – Дженни шумно выдохнула. – И признай, что знаешь, что виноват в ее побеге.

Это ты заставил ее сбежать. Потому что не давал ей свободу. Не спрашивал, что хочет она.

– Я опекал ее. Спасал!

– Я знаю! Но она выросла. И ей пора бы обрести свободу и самой решать, как жить. Ради закрытия бездны, не совершай эту ошибку с Айви.

Джек промолчал.

– И скажи-ка, почему Айви ночует в кровати одна?

Тишина. Замешательство. Айви и сама покрылась мурашками, ощущая неловкость, повисшую в воздухе.

– Скажу, если подскажешь, как отвязать ее душу от моей. Она… ну, знаешь…

– С тобой! Удивительно!

Айви, услышав истинный восторг в голосе музы, не сдержалась и поддалась вперед, выглянула сквозь перила и увидела Джека и Дженни на кухне.

Она что-то мешала в кастрюле, пока Джек устало вздыхал, сложив руки на груди.

– Так ты знаешь, как ее отвязать?

– И зачем же?

– Зачем? – Джек вздернул брови, удивившись так, словно его отправили жить в Тенебрис. – Я не хочу, чтобы она была связана со мной. Хочу, чтобы она была свободна и сама выбирала, с кем ей быть.

Не ты только что винила меня, что я ворую свободу?

– А воспользоваться ситуацией? А? Она глаз с тебя не сводит!

– Так неправильно. Я не трону ее, пока не узнаю, что она… сама хочет. Да и потом не трону. Она достойна другого.

Дженни отвернулась от кастрюли, с восхищением посмотрела на Джека, довольно улыбаясь.

– Джек Торренс влюблен! Удивительно! Не думала, что доживу до такого события. Тебе это пошло на пользу, знаешь ли. Наконец понял, что нельзя всех заставлять делать так, как хочешь ты.

Айви отпрянула от перил и прижалась к стене, часто дыша. Щеки краснели, а тепло разливалось по всему телу, смешанное со страхом, смущением, непониманием.

– Я едва ее знаю, – тихо ответил Джек.

– И что? Для влюбленности достаточно одного взгляда, прекрасный мой. Вот для любви – чуть дольше. Но для истинной любви – достаточно одного касания. И она…

– Хочет меня, потому связана душой.

– Да нет же. Не так это работает.