Древние российские стихотворения, собранные Киршею Даниловым

Подписался молоды Иван Гостиной сын,

Он выпил чару зелена вина в полтора ведра,

Походил он на конюшну белодубову,

Ко своему доброму коню,

К бурочку-косматочку, троелеточку,

Падал ему в правое копытечка,

Плачет Иван, что река течет:

«Гой еси ты, мой доброй конь,

Бурочко-косматочко, троелеточко!

Про то ты ведь не знаешь-не ведаешь,

А пробил я, Иван, буйну голову свою

Со тобою, добры?м конем,

Бился с князем о велик заклад,

А не о сте рублях, не о тысячу, -

Бился с ним о сте тысячей,

Захвастался на три? ста? жеребцов,

А на три? жеребца похваленыя:

Сив жеребец да кологрив жеребец,

И третей жеребец – полонян Воронко, -

Бегати-скакать на добрых на конях,

Из Киева скакать до Чернигова

Промежу обедни, заутрени,

Ускоки давать кониныя,

Что выметывать роздолья широкия».

Провещится ему доброй конь,

Бурочко-косматочко, троелеточко,

Человеческим русским языком:

«Гой еси, хозяин ласковой мой!

Ни о чем ты, Иван, не печалуйся:

Сива жеребца тово не боюсь,

Кологрива жеребца того не блюдусь,

В задор войду – у Воронка уйду,

Только меня води по три зори?,

Медвяною сытою пои?,

И сорочинским пшеном корми.

И пройдут те дни срочныя

И те часы урочныя,

Придет от князя грозен посол

По тебя-та, Ивана Гостинова,

Чтобы бегати-скакати на добрых на конях;

Не седлай ты меня, Иван, добра? коня,

Только берись за шелко?в поводо?к,

Поведешь по двору княженецкому,

Вздень на себя шубу соболиную,

Да котора шуба в три тысячи,

Пуговки в пять тысячей.

Поведешь по двору княженецкому,

А стану-де я, бурка, передо?м ходить,

Копытами за шубу посапывати

И по черному соболю выхватывати,

На все стороны побрасовати, -

Князи-бояра подивуются,

И ты будешь жив – шубу наживешь,

А не будешь жив – будто нашивал».

По сказаному и по писаному

От великова князя посол пришел,

А зовет-та Ивана на княженецкой двор.

Скоро-де Иван нарежается,

И вздевал на себя шубу соболиную,

Которой шубы цена || три тысячи,

А пуговки вольящетыя в пять тысячей;

И повел он коня за шелко?в поводок.

Он будет-де Иван середи двора княженецкова,

Стал ево бурко передом ходить,

И копытами он за шубу посапывати,

И по черному соболю выхватывати,

Он на все стороны побрасовати, -

Князи и бояра дивуются,

Купецкия люди засмотрелися.