Государыня for real

 – Впрочем, нужно радоваться, что нам удалось в ручном режиме изготовить хотя бы тридцать миллилитров реагента. Это единственное, что у нас есть. Так что попытка только одна. Вашу руку, барон.

Бланк протянул холеную десницу, украшенную массивным фамильным перстнем. Гаджеты барон не признавал.

– Я возьму одну каплю, – предупредил доктор.

– Берите хоть две, батенька, ради такого дела не жалко, – сказал Бланк, зажмуриваясь. Он боялся крови. Правда, только своей.

Укол в палец был почти незаметным, и барон заставил себя открыть глаза.

Нет уж, нужно видеть всё, от начала и до конца.

– Итак, барон, – торжественно сказал врач, – вот и наступил момент, к которому мы с таким трудом шли все эти годы.

Он поднес пипетку с каплей крови к плоской стеклянной пиалке, заполненной прозрачной жидкостью.

– Прямо сейчас мы узнаем, есть ли в вашей крови гены этого человека, изменившего историю. Если есть – жидкость в чаше станет оранжевой.

Все трое завороженно смотрели, как красная капля падает в бесцветную пиалку… Сначала не происходило ничего.

А потом в чаше взорвался фейерверк рыжих оттенков. Казалось, что жидкость полыхает огнем, хотя температура ее не превышала комнатную. Оранжевый, мандариновый, абрикосовый, морковный, ржавый, охряной, тыквенный, бронзовый, золотой…

– Я знал, – прошептал барон.

– Сомнений нет. Поздравляю, ваше благородие! Вы действительно являетесь потомком Владимира Ильича Ульянова, симбирчанина, задумавшего революцию в России, но осуществившего ее в Швейцарии в тысяч девятьсот пятом году.

Так что теоретически можете отправляться в Ленинвилль, бывший Невшатель, и предъявлять права на пост председателя швейцарской коммунистической партии. – Доктор иронически усмехнулся.

Бланк задумчиво погладил лысину:

– Ну ее, эту Швейцарию. Совсем страну развалили за последние сто двенадцать лет, нечего там делать… Нет, любезные товарищи. У меня идея получше. Почему бы не воплотить первоначальный замысел моего блистательного предка?

Он сделал паузу.

– С некоторыми корректировками, разумеется.

Романовых надо свергнуть, как и задумывал дедушка Ульянов. Они всем порядком надоели еще в начале прошлого века. А вот сам институт монархии оставим, пожалуй. Мне нравится идея поклонения народа одному-единственному счастливчику. Что вы там, батенька, говорили, депутаты готовы выдвинуть меня на пост премьера? Превосходно, просто превосходно. Эти марионетки мне страшно подыграют.

* * *

18 мая

Российская империя.