Божьи слёзы

Как тебе? Свои пять лет огребёшь. Леший пятнадцать. Может десять если прокурор определит не преднамеренное, а убийство по неосторожности.

Но тебе и пять – выше головы. Зачем оно тебе, свободу терять? Тут ты всем добрый, безвольный, отзывчивый товарищ. Врагов нет. Ты робкий и потерянный. И здесь таких никто не трогает. Живешь, никому не мешаешь. Ну и живи, пей пока не помрёшь от какой-нибудь напасти. А на зоне быть тебе шнырём на побегушках. Или «петухом». Ты тихий, мягкий лицо красивое как у девушки. «Опустят» – моргнуть не успеешь.

– Но своих предавать – это же подло, – Витюша нахмурился и губы его задрожали. – Мне потом в Семёновке не жить. А уехать в Зарайск уже и не пробую. Денег нет на билет и на первое время. Пока не устроюсь в городе работать. Есть не на что, ночевать негде.

– А ты мог бы человека убить? – Хохлов отпустил рукав и посмотрел Витюше в глаза.

Витюша выпил основательно, поэтому его прошибла сентиментальность и он хлюпнул носом. Заплакал без слёз.

– Ну, ты что, Андрей! Мы ж с тобой учились в одном классе.

Ты меня знаешь как хирург внутреннее содержание чувака, которого он резать будет. До количества извилин в мозгах ты меня изучил. Конечно, не смогу убить. Знаешь же. Я даже стукнуть кого-нито по башке не могу за дело. Характер мягкий. Да и добрый я. Все говорят. Сам-то я не думал об этом. Но вот как я тебе разыщу Лешего? Милиционер-то ты.Знаешь разные приёмы и способы. А я могу железо обрабатывать напильниками и самогон пить. Всё. Это тебе и есть весь навыворот Витя Шанин.

– И поэтому Леший тебе «свой»? Потому, что он и убить может не только Мальцева, а вообще. Тебя, например.

– Меня? – удивился Витюша.– Что я ему сделал такого? Мальцев, тот девяносто рублей задолжал. Это хоть какой, но повод зло на нём сорвать.

– Надо будет, Леший и для тебя найдёт зацепку. – Хохлов закурил. – Не заставляю же я тебя его предавать. Надо помочь его наказать за убийство. За убийство, Витя!!! Наказать! Бог жизнь даёт. И только он один забрать её может.

Все остальные, кто убил, должны быть наказаны. Вот представь, что убил ты. Надо тебя наказать или не почуешь вины от того, что у человека жизнь отобрал и на помойку выкинул?

– Да. Наказать надо будет меня. Только я никак не сподоблюсь насмерть человека… – Витюша снова хлюпнул носом и рукавом промокнул глаза. – Так я чем могу помочь, так, чтобы не предавать? Он же товарищ мне.

Хохлов затушил сигарету об каблук сапога и усмехнулся.

– Витя, вы тут все товарищи.