ИИ. Искусственная истина

Ну говорят и говорят по-испански, что такого, у них на факультете и на малайском услышишь, но в этот раз ему очень понравилась напевная романская речь, и он даже заслушался, стоя с натянутой улыбкой, как истукан. Парень с бородой, наверное, кубинец, заметив взгляд, улыбаясь кивнул ему из вежливости, отчего Толик смутился, как будто он подслушивал.

Расплатившись за покупку, он тут же забыл об испанцах, и отправился прямо домой, время было позднее.

Серега уже спал, и Толик, устроившись поудобнее на кровати, включил себе на телефоне фильм «Голубая волна».

В этом фильме показывали нелегкую жизнь простых американских серферов на Гавайях во всей её красе, из-за чего пришлось даже убавить яркость экрана, чтобы пронзительный и буйный пейзаж не раздражал глаз.

Увлекательный просмотр опять затянулся чуть ли не до утра.

Глава 3

На следующий день Серега опять разбудил Толика пинком кровати.

Чиж уже вернулся с занятий, и вид спящего друга возмутил его!

Да что ж такое?!

– Вставай, соня, все проспишь! Тебе же на конференцию пора.

Толик, продрав глаза, нахмурился соображая, что к чему, и посмотрел на время – вот досада, он опять машинально выключил будильник!

– Чёрт, совсем вылетело из головы, – проговорил он спросонья и вскочил с кровати.

На часах было 14:35, а конференция начиналась, насколько он помнил, в 14:00. Опоздал!

Собравшись впопыхах, Анатолий без лишних слов выскочил из общежития, даже не съев купленную вчера булочку.

Добежав до нужного ему корпуса университета, в котором должна была состояться вожделенная конференция,

Толик ворвался в зал и попытался найти свободное место, но все уже было давно занято, и искать, где можно сесть, не представляло никакой возможности. Конференция уже началась, и шансов найти свое законное место не осталось. Он протиснулся поближе к сцене и сел сбоку на ступеньку.

И все-таки ему повезло с этой ступенькой, зал был набит битком: еще бы, о работах профессора Дмитриенко в университете ходили фантастические слухи.

Да и не только в университете – можно сказать, вся Москва гудела!

Толик успел вовремя, на сцену как раз вышел профессор. Шум мгновенно стих, все затаили дыхание…

Все ораторы, кто значился перед ним, судя по афише у входа, уже выступили, оставив главное сообщение эксцентричному профессору, как его называли в прессе.