Вспорхнувший воробей

Паренёк достал из кармана пакет, подтолкнул меня прямо внутрь, хотя я и не сопротивлялась.

Когда мы пришли к нему домой, он выпустил меня на стол, сел напротив и стал наблюдать. Сначала я долго осматривалась, изучая эту новую, необычную территорию. Потом, решив нарушить затянувшееся молчание, осторожно пискнула, привстала на задние лапки и посмотрела на него. Незнакомец просиял:

– Ты определённо очень милое создание! – сказал он и улыбнулся. – Таким прелестным мышкам не место в подвалах и на чердаках. Я бы и сам тебя приютил, но не могу – работа обязывает.

Он вышел на минутку и вскоре вернулся (о счастье!) – с целым ломтиком сыра. Моей радости не было предела! Я запищала от восторга, когда поняла, что этот ломтик – весь этот ломтик – только для меня!

– На здоровье! – приговаривал этот странный любитель мышей, глядя, как я с жадностью уплетаю предложенное угощение. – На дорогах такого, небось, днём с огнём не сыщешь.

А у нас в приюте, в который мы с тобой пойдём завтра, такой кусочек получают все мыши каждую неделю.

В тот день я впервые столкнулась с Честным Человеком – совершенно новой для меня породой живых существ. Этот парень не обманул меня, и на следующий день я попала в приют для животных, в мышиный «отдел», где пережила будто бы второе рождение. В амбаре моего детства жилось, конечно же, комфортнее, но, по сравнению с бездомным существованием, здесь был настоящий рай! Кормили хорошо, места было предостаточно, котов и прочих враждебно настроенных существ рядом не было.

Что ещё надо для счастья маленькой мышке? Ну, разве что кусочек сыра по воскресеньям и праздникам. Эта традиция в пансионате существовала, и все мы (я и мои новые друзья), выучив за две-три недели, что воскресенье – это каждый седьмой день, с пятницы начинали ждать добрую тётеньку, которая заходила в вольер и всякий раз приветливо говорила:

– Дорогие мои, сегодня в нашем меню – сы-ыр-р!

Того Честного Человека, который принёс меня сюда, забрав из подвала, я видела довольно часто и в знак моей вечной благодарности всякий раз привставала на задние лапки у стен вольера и радостно пищала.

Он узнавал меня, махал рукой и говорил что?то приятное типа: «Ну, как там поживает моя красотка?» или «Мышка моя, ты сегодня особенно прекрасна!»

Я жила в этом приюте и думала, что вот она – достойная старость, уготованная мне судьбой.

Но однажды в нашем мышином раю появился незнакомый человек и, оглядев поочерёдно всех, остановил свой взгляд на мне.