Немой набат. 2018-2020

Он долго рассказывал о постмайданных событиях, разбавлял речь шутками о киевской колбасе развратных размеров и кренделях с похоронный венок. Но Тэд слушал лениво. Он держался классической тактики: вести переговоры так, словно вы слегка выпили и никуда не спешите. В какой-то момент Соснин скомандовал себе: «Брейк! Надо переключать канал».

Этот долговязый сухопарый американец-экспат обладал странной особенностью: он вслушивался только в то, что касалось его в данный момент, и пропускал мимо ушей всё, что не относилось к текущим делам.

И когда Дмитрий умолк, Кронфельд сказал кратко:

– В Киеве тебе делать нечего. А начнёшь активничать по журналистской линии, существует опасность… Как у вас говорят? Да, опасность спалиться, кажется, так. Привлечёшь внимание майданными настроениями.

Соснин густо покраснел, поняв намёк Тэда, но оценил его деликатность: Кронфельд не напомнил об ошибке давних дней.

Через паузу ответил:

– Да-а, в Киеве нельзя в стороне от событий. Я подумываю временно перебраться в Прибалтику.

Это было ходатайство, просьба о разрешении, и Тэд, потягивавший капучино, кивнул головой.

Дмитрий выбрал Вильнюс.

Утром, не щадя отельных запасов шведского стола, он позавтракал, превзойдя легендарный аппетит принца Уэльского, затем по знакомой партитуре подошёл к ресепшен, положил на стойку пять евро. Обратился к портье:

– Хочу снять квартирку. Гаупт – в центре, на проспекте Гедеминаса.

Портье, постного вида, средних лет, сухощавый, с козлиной бородкой и до отлива выбеленной перекисью гладкой причёской, оценил немецкое «гаупт» и передвинул рекламный буклет, накрыв купюру.

Спросил:

– На какой срок?

– На полгода, а там видно будет.

Брови у портье многозначительно приподнялись, и он на тугом русском, с акцентом сказал:

– Если подойдёте через полчаса, думаю, дам вам помощь.

И верно, через полчаса после приятного секса с портье, получив адрес квартиры, Соснин уже стоял перед добротной дверью с накладными украшениями под орех, на втором этаже старого дома.

Хозяйка показала квартиру – похоже, часть большого помещения на весь этаж, – и Соснину понравилось. Привлекла и старая канапешка с высоким изголовьем, обитая красным бархатом, – напротив телевизора. Ему захотелось немедля лечь на неё. И когда через час он вселился сюда, то сразу скинул обувь и с наслаждением растянулся на канапе.

Мысли окончательно успокоились, обращаясь к себе, произнёс:

– Вот я и залёг на дно. Неплохое местечко для паузы.