Немой набат. 2018-2020

Неужели вы думаете, что этот либеральный заградотряд пропустит в свою среду хотя бы одного руководителя, не разделяющего их взгляды? Речь просто идёт о подготовке сменщиков по лекалам Чубайса. Для этих рукопожатных попаданцев в элиту уже и прейскурант должностей готов. А Кириенко, придумавший этот фокус, считает, будто всех обхитрил. Один дефолт он в конце прошлого века устроил, теперь, выращивая новое либеральное поголовье управленцев, готовит почву для другого дефолта.

– Видимо, Чубайс вам совсем уж не по нраву.

– Что вы! Чубайс – находка для сочинителя детективов. Не жизнь, а авантюрный роман. Инфернальная личность.

«Хватит! Второй раунд закончен нокдауном, – подумала Ряжская. – Пожалуй, третий-то и не понадобится. Виктор победил вчистую. Да, пора закруглять эти дебаты». Она в очередной раз наполнила свою рюмку водкой и громко, укоризненно сказала, обращаясь к Донцову:

– Вот что, Виктор, тебя хлебом не корми, а дай порассуждать. Ты же у нас философ на завалинке. Всех забил! Слова сказать не даёшь.

Давайте-ка, люди добрые, подымем тост, который у нас с Дмитрием обязательный. – И набрав в грудь воздуха, громко выдохнула: – За Россию!

Когда табельное торжество подошло к концу и был выпит чай с пирожными – большое блюдо с набором миниатюрных наполеонов, картошек, эклеров, которые когда-то были полновесными, о чём не преминул напомнить Пётр Демидович, – первыми поднялись Простов и Донцов. Хозяева вышли в прихожую проводить их, и Виктор с душевным трепетом впервые пожал протянутую Верой руку, глянув ей в глаза.

Возможно, ему показалось, но их рукопожатие на осколок секунды длилось дольше дежурного, и как бы оправдывая эту заминку, сказал:

– У меня к вам просьба. Шепните, пожалуйста, Нине, пусть ждёт моего звонка. Им далеко, я подвезу их.

– Обязательно! Будьте спокойны, – улыбнулась она. И эти неформальности – «шепните», «будьте спокойны», стали для Виктора добрым предвестием.

– Ну что? – с подтекстом спросил его Простов, когда они поднялись в его квартиру.

– Что что? – словно не понял Донцов.

– Не придуривайся, всё ты понимаешь, – хрипло хохотнул Простов. – Разглядел Веру? Это тебе не датская русалочка в хиджабе. Точно было сказано: чистый бриллиант! Жаль, супруга моя сейчас в больнице подлечивается, она бы тебе про Веру Богодухову мно-ого доброго сказала.

Размягчённый происшедшим, бесконечно благодарный Простову, Виктор обнял старика за плечи:

– Спасибо, Пётр Демидыч, от всего сердца.