Ползла по небу черепаха

Она устала от воспитания, переживаний, шума, детских капризов и болезней. Ей хотелось остаться в тишине и одиночестве. Начать жизнь с чистого листа. Лучше в Риге! Это было бы просто счастье! И далеко. Никто не приедет в гости. Она заведет новых знакомых, станет приглашать их к себе и угощать яблочным пирогом, который особенно удавался при наличии кислых яблок. Наташа совсем забыла о том, что прекрасно готовит. Давно ничего не пекла.

– А что хотел Бондарев от вас?

– Я не знаю, – она подняла на Величутина глаза, отвлекаясь от своих мыслей.

Ей не хотелось больше говорить о Бондареве. Но она понимала, что будет невежливо вот так сорваться с места. Ведь это она попросила о встрече. Но теперь, понимая, что ничего интересного не узнает, потребность в разговоре отпадала. Наташа сомневалась, стоит ли уйти сейчас или продолжить разговор. – Я ничего не поняла. Он напугал меня.

– А какие у него были отношения с вашей сестрой перед ее смертью?

– Они расстались задолго до этого. Ей было шестнадцать, когда она в него влюбилась.

Он – намного старше. Учитель истории в нашей школе, все были в него немножко влюблены. Тогда он был симпатичным.

– Почему они расстались?

– Она так решила.

Наташа посмотрела на темное окно. Каким далеким показалось то время, сумасшедшим, нереальным. Уже тогда над их головами начали сгущаться тучи. Она не понимала, почему продолжает сидеть в кабинете доктора и отвечать на его вопросы. Ведь он уже сказал, что не имеет к Бондареву никакого отношения. Ей было трудно справляться со своими мыслями, но встать и уйти она не могла.

Ощущение защиты и спокойствия в этом месте не покидало.

Величутин несколько минут задумчиво изучал Наташу, потом заговорил снова.

– Ваши родители живут в деревне, правильно?

– Да.

– А вы переехали от них сюда, в город.

– Да, мне купили квартиру. Родители купили, – зачем-то уточнила она.

– Вы хотели переезжать?

– Хотела.

– Вам нравится жить здесь?

– Нравится, конечно.

– Как справляетесь с бытом?

Она с удивлением посмотрела на него.

Пожала плечами, усмехнулась.

– Я хорошо готовлю, если вы об этом. На макаронах быстрого приготовления не сижу. И убираться могу, и деньги считать. Счета оплачиваю без задержек. Что еще нужно?

– Хорошо. Значит, вы прекрасная хозяйка?

– Наверное.

– Поэтому дети сестры жили с вами?

Она хотела что-то сказать, осеклась и замолчала. На щеках выступили предательские красные пятна. Жили! До того страшного несчастного случая жили.